HP: Non serviam

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: Non serviam » Auri sacra fames » [Вечер встреч - 20.00-23.00, 21.09]


[Вечер встреч - 20.00-23.00, 21.09]

Сообщений 31 страница 60 из 61

31

Нет, Вивьен никогда еще не видела его столь нервным. Впервые от Данталиана остались одни эмоции, комок сожженных нервных окончаний, болезненно реагирующих на любой раздражитель. Действительно, а что такого важного Вивьен вынесла? Мук совести - не вынесла, сложностей - тоже, а если ближе к материальному, то - какую-то ерунду. Ерундой не казался только странный старый артефакт. Лестрейндж оценивающе, прищурившись, и коротко заглянула мужу в глаза, чтобы после - спокойно солгать.
- Три книги, - и перекрывая дальнейшие расспросы - Уже в библиотеке. - нет, она не скажет про артефакт. Обойдется. - Не паникуй, все твои скелеты остались в твоем сейфе, - усмехнулась Вивьен. - Меня не интересуют трупы, - да, она любит издеваться над живыми. Какой смысл сжигать то, что уже горело. Даже природа этого не допускает.
Обжигающее дыхание, как можно иначе выдохнуть первое непростительное? Подчинение воли, сломленный дух, воля к власти - первобытная жажда любого человека. Маг он или маггл - не имеет значения. Divide et impera. Первое правило любого государства, первое правила любого правителя.
Неужели этот вальс закончился. Чудесное завершение. Особенно, когда муж уводит тебя в неизвестном направлении. Интересно. Вивьен мило улыбалась всем, мимо кого ей пришлось пройти, бросила мимолетный взгляд на Забини, который по прежнему вел себя в рамках приличий, и слава Мерлину. Как только они вышли из залы, Данталиан на бешеной скорости потащил жену в кухню. Решил научить готовить? Как вовремя.
Гром посуды. Нет, не проявление истерики, совсем нет. А новый тщательно продуманный поворот событий. Вивьен была настолько рассеяна, что забыла о простейшей проверке палочки. Данталиан говорил холодно, будто думал, что она решит возразить. Был бы повод. Вивьен достала палочку и стала безостановочно лепить бытовые заклятья, одно за другим: десять репаро и столько же - на левитацию. Разве не хватит? Но, видимо, Данталиан вошел во вкус. Шторы подпалил. Оказывается, у него тоже есть характер. - Aquamenti, - огонь потух довольно быстро под напором воды. - Resignarum, Planarum, Agglutium, Eskuro, Ricus, Evanesco, Restingerum, Мinimisus, Limilo, Foverus  * - плевать, что чувствовала себя полной дурой. Мерлин, как давно она не использовала таких заклинаний. Экзамен за первые три курса обучения в Хогвартсе. - Доволен? - закатив глаза к небу, спросила Вивьен. - Теперь нам нужно вернуться в зал, - снова дерзко с нажимом произнесла она. - Там как раз находится девочка-аврор, которая видела меня в банке, - добавила Вивьен, наблюдая за реакцией супруга, в конец испытывая его терпение. Цель: довести до белого каления, кажется, была выполнена. Если уж он окажется отмазать ее от срока в тюрьме, то она всегда сможет обратиться к отцу. У чистокровных много вариантов для отступления.

* распечатывание конверта, разглаживание, склеивание, очищающие чары, превращение одного головного убора в другой, дематериализация предмета, чары осторожного задувания огня, уменьшающие чары, пятновыводитель, согревающие чары.

Отредактировано Vivien Lestrange (2013-05-31 22:07:29)

0

32

Орион и Вальбурга кружились в классическом вальсе. Да, на таких мероприятиях танцы – одно из самых безобидных занятий. Орион оглядывал присутствующих. Блэки всегда были яркими личностями, их было сложно спутать. Вот неподалеку танцуют Азазель Забини и Дорея. Семья Забини всегда находилась в дружеских отношениях с Блэками, этот случай – не исключение. Вот в толпе мелькнул силуэт Кэроу, далее всегда окруженная вниманием Гринграсс. Семья Макмиллан, Краучи – этих людей Орион знал очень хорошо. Некоторые, напротив, вызывали непредельный интерес мага. К примеру, сотрудница Министерства Магии – Финелла Мун, которая очень сильно выбивается из общего, так сказать, плана. А рядом с ней – Ричард Бэгнольд, чистокровный, тоже сотрудник Министерства. Орион долго не сводил взгляд с этой парочки, делая вывод, что они тут неспроста.
Конечно, главным украшением этого бала была Вальбурга. Она, как всегда, выглядела сногсшибательно и очень опасно. Это всегда привлекало Ориона, ведь только очаровательная супруга способна растопить лед в душе Блэка.
- Ты мой спаситель Орион. Несколько минут в обществе моего брата и я уже готова кого-нибудь убить
- Не стоит так говорить про Альфарда, - легкая усмешка промелькнула на лице мужчины, - с ним всегда можно поговорить на увлекательные темы, я скорее тебя спас от другой особы, не могу понять, почему ты держишь возле себя полукровку, - речь шла о Эмерциана Девис, которую Орион очень недолюбливал. С ней он всегда вел себя подобающе лицемерно, однако всегда был против такого общения.
- ты не пропустил ничего, чтобы стоило твоего внимания. Обычные сплетни, роскошь и фальшиво-приторные улыбки.
- До меня уже дошли интересные слухи, - его тон чуть понизился, - говорят сейф  Лейстренджа ограбили, я вот думаю о надежности Григоттса… есть мысли о том, кто этот счастливчик? Он либо безумец, либо гений, а может все сразу...
Он посмотрел в сторону танцующей пары Лейстренджей, было совершенно не ясно, о чем они думают и о чем тихо переговариваются. Умение и талант скрывать свои эмоции  - в крови.
Закончилась музыка, Легкий поклон в сторону Вальбурги – благодарность за танец. Однако его взгляд направлен только к двум парам – Лейстренджам и аврорам. Музыка вновь заиграла, Орион, ведя Вальбургу под руку, направился к тем, кто его так заинтересовал, к аврорам. Потому что другая пара удалилась из зала, что наводило на мысли.
Подойдя к необычной парочке – Финелле и Ричарду, Орион вежливо произнес:
- Мисс Мун, - он знал ее, как сотрудницу Министерства, - Ричард, очень удивлен, видеть вас здесь? Моя супруга, Вальбурга, - он представил свою спутницу, - какими судьбами? Не думал, что столь усидчивые сотрудники Министерства находят время на подобные мероприятия.
Его взгляд был более, чем заинтересован, а на лице красовалась фальшивая улыбка.

+3

33

День начинался как обычно. Том беспросветно засел в кабинете над составлением и продумыванием очередного плана, связанного с церквушкой в Хэмптон-корт. Время за сим пролетело незаметно даже для наблюдательного Риддла. Наивно полагать, что Темный Лорд так и не вышел из помещения. После полудня для всех обитателей поместья он исчез в неизвестном направлении. На самом-то деле, в очень даже известном. Для того, чтобы точнее проработать план нападения, Том отправился в Национальную библиотеку: к сожалению, карты Хэмптон-корт и всех потайных ходов этого места больше нигде не водилось. Вот и пришлось терпеть общество самых отвратительных людей и нелюдей, волшебников и магглов. А потом пришлось еще использовать свой "дар убеждения", чтобы вынести все необходимое из довольно хорошо охраняемого места в Англии. Чего уже не скажешь о Гринготсе.
Весть о том, что самый надежный банк Туманного Альбиона ограблен, довольно быстро разнеслась по всем мало-мальски известным газетенкам. Кроме того, с той же скоростью стало известно имя владельца того злополучного сейфа, что оказался опустошен. И когда Риддл узнал об этом, пазл сложился. Он точно знал, кто мог осмелиться ограбить этот банк. У кого хватит идиотизма, наглости и безрассудства, чтобы не только не попасться, но и вынести что-то из сейфа Лестрейнджа. И, как на зло, это происшествие явственно напомнило Тому о том, что у Лестрейнджей сегодня грандиозный бал, на который, проживая в их доме, довольно невежливо не прийти.
Когда Вольдеморт аппарировал в поместье, он, первым делом направился в библиотеку, чтобы оставить там все необходимые карты и списки о Хэмптон-корт. И когда за одним из стеллажей он мельком увидел в спешке мелькающую черноволосую голову, сомнения исчезли - Вивьен, будь она не ладна, ограбила собственного мужа. Придется ему и на этот раз справиться с собой, иначе на завтрашней операции не останется дельных и проверенных волшебников кроме самого Тома и Данталиана. Впрочем, торопиться в зал, где уже вовсю кипела бальная атмосфера, Темный Лорд не спешил. Он вполне позволил найти себе время, чтобы переодеться и спуститься при полном параде.
Риддл оказался в зале уже к концу первого танца. Он явно опоздал не так сильно, как думал. Хотя, Темный Лорд же никогда не опаздывает. Том огляделся. Кого только не было, кроме самих хозяев. Ах, вон и мелькнувшая алая юбка жены Лестрейнджа, в другом выходе из зала. Так как вернуться они тоже должны вдвоем, Темный лорд не сомневался в сохранности своих кадров. Он прошел по зале и встал около одной из высоких мраморных колонн, скрестив руки на груди. Так было гораздо удобнее наблюдать и за одиночными шатаниями некоторых чистокровных, и за засильем Блэков практически в центре. А слухи явно с прогрессирующей скоростью ползли по присутствующим, каждый счел своим долгом поделиться с ближним последними новостями.

+1

34

http://savepic.net/3694846.png"Мероприятие! Бал! Прием!" - за неделю до сегодняшнего дня только это и было слышно. Пресса особенно не спешила заранее освещать мероприятие, зато вот завтра с утра в "Пророке" можно будет прочитать какую-нибудь вполне себе милую статейку, если только какое-то другое происшествие не займет отведенные полосы. Кажется, она еще у входа заметила фотографа самой популярной газеты: надо будет всенепременно попасть в кадр, причем желательно по центру. В конце концов, ее сегодняшний наряд должен быть запечатлен для истории. А пока гости беседовали, можно было не волноваться о том, чем заняты журналисты - наверняка притулились в какой-нибудь гостиной в ожидании чего-то более грандиозного, нежели несколько десятков гостей, разбитых на кучки по интересам, симпатии, родству и достатку.
http://savepic.net/3694846.pngА главная зала Лестрейндж-холла строго кишела змеями. Выпускники Слизерина разных лет были знакомы друг с другом с самого раннего возраста, поэтому каждый новое лицо вызывало интерес. Безусловно, он моментально пропадал, если в процессе хитроумно скроенного разговора выяснялось, что новичок не занимает никакого положения, не может считаться "полезным", либо и вовсе далек от понятия чистой крови. Вот, к примеру, к внезапно образовавшемуся кружку Блэков (а Друэлла считала себя только принадлежащей этому роду и не иначе) подошла мисс Дэвис. Сразу все понятно, - подумала про себя Друэлла, широко улыбнувшись. - Ей стоило бы поприветствовать всех да вот, видимо, дипломаты такими мелочами не занимаются. Никого же не касалось, что творится в мыслях Друэллы, так? А улыбалась она всегда весьма приветливо.
http://savepic.net/3694846.png- Главное, чтобы я не забыла, как он выглядит, - не преминула подколоть отсутствующего мужа миссис Блэк и, лукаво улыбнувшись, обернулась, чтобы поприветствовать Ориона.
http://savepic.net/3694846.png- Добрый вечер, Орион. Вот, Вальбурга, цени: твой супруг гораздо обязательнее
http://savepic.net/3694846.pngТем временем начались, собственно, танцы. Программа открывалась классическим вальсом, который начинали, как полагается, хозяева дома. Красное, как тряпка перед носом у быка, платье Вивьен выгодно выделялось на фоне мужниного фрака. Правда, выглядела она несколько растрепано. Снова все проспала, сестричка?
http://savepic.net/3694846.pngЭтот вальс не ее. Мужа нет, а с другим первый танец танцевать замужней даме просто неприлично, хотя и очень хотелось. Сигнус, оказывается, ценил работу превыше репутации жены. А Друэлле никогда не хотелось выглядеть брошенной. Вальбурга и Орион присоединились к танцующим, Дорея отошла к знакомым, а сама Друэлла, чтобы не ставить Альфарда в неудобное положение, пожелала ему и мисс Дэвис приятного вечера и, кокетливо вильнув филейной частью, двинулась по краю зала. Перебросившись парой слов с новоиспеченной миссис Крауч, Друэлла с удивлением узнала, что Гринготтс был ограблен. Кажется, теперь ее платье никто не запечатлит для истории, да и репортеры куда-то смылись. Миссис Блэк не особенно волновали слухи: вернувшись домой, она постарается узнать все из надежных источников, а пока можно и поразвлекаться. Оставив подружку беспокоиться за ее собственные блестяшки, хранящиеся в банке, наедине, девушка направилась к человеку, о котором, к своему удивлению, знала так мало, что сама себе удивлялась. Том Риддл, двумя курсами старше, влиятелен, занятие не определено. Общительным он не был, особенно если учесть тот факт, что и сейчас он подпирал колонну зала.
http://savepic.net/3694846.png- Мистер Риддл, добрый вечер! - подплыла к нему Друэлла, одарив его одной из лучших улыбок из своего арсенала. - Как Вам нравится этот бал? Моя сестра определенно старалась, - прощебетала Блэк, стараясь понять настроение собеседника. Гриндилоу тебя возьми, Сигнус! Я уже слышу, как в чью-то голову залетает весьма неплохая сплетня. Ну-ну, ты у меня еще будешь ходить на балы.

+4

35

Я была очень взволнована и эмоциональна. Слова лились нескончаемым потоком, я вспоминала детали этого события, делала выводы и пыталась убедить Ричарда в своей правоте. Частенько я подкрепляла свои слова жестами, желая продемонстрировать полную картину этого чудовищного преступления. Но взглянув на лицо Ричарда я поняла - он мне не верит. Успокаивает словами невозможности ограбления, он не верит, что это красивая дама могла сделать нечто столько грязное. Обида и разочарование горячей волной затопило мой разум и где-то в глубине души появилось острое желание доказать свою правоту. Я отвела от него взгляд полный боли и разочарования и стала лихорадочно осматривать зал, но Вивьен нигде не оказалось. Куда же она подевалась? - подумала я, приподнимаясь на цыпочки, чтобы лучше было видно. К сожалению, этого было недостаточно, поэтому я решила сама найти ее и доказать Ричарду, что я не ошибаюсь.
- Ты лжешь мне, Ричард, - в моем голосе сквозило отчаяние вперемешку с разочарованием и болью. Ну и пусть, я все равно докажу ему, что он не прав и восстановлю порядок, справедливость и мир в магическом мирке. - Ты мне не веришь, хотя ты единственный, кто мог бы поверить. Неужели и ты погряз в этой тьме и не отличаешь их, защищаешь их, может быть и ты один из них? - с горечью произнесла я, избегая смотреть ему в лицо. Рядом копошились волшебники, сплетничая об ограблении. Я, усмехнулась и покачала головой, показывая Ричарду, что я не лгала на счет ограбления, так почему же он не может допустить мысль о том, что она была виновна. Чистокровные волшебники - это одна большая семья, они защищают друг друга, даже если враги, они улыбаются и говорят лживые сладкие речи, обманывая окружающих и возвеличивая себя, теперь же они докатились до ограбления, желая приумножить свои богатства?
Я не знала, что сказать ему еще. Напряженное молчание затянулось и словно почувствовал это, к нам подошел Орион. Словно черт из табакерки, он появился неожиданно. Так показалось мне, поскольку я полностью погрузилась в свои мысли, продумывая план. Он был довольно прост и содержал всего несколько пунктов - найти Вивен, разоблачить и арестовать.
- Мистер Блэк, я сделала неуклюжий книксен, который репетировала перед зеркалом несколько часов. Миссис Блэк наградила меня презрительным взглядом, но не сказала ни слова. Чувство будто я не в своей тарелке, стало еще более сильным и я залилась краской. - Прошу меня простить, мне нужно удалиться. Мистер Блэк, миссис Блэк, - я почтительно кивнула им. На Ричарда даже не взглянула.
Я несколько раз обошла зал, но Вивьен нигде не было. Прошла мимо группы волшебников, оживленно обсуждавших новую занимательную сплетню. Кто ограбил банк? Зачем? Что украли? Я усмехнулась про себя, мысленно отвечая на их вопросы и фыркая, каждый раз когда слышала нелепые предположения.
«Вот погодите, найду воровку и вы узнаете все подробности, - подумала я». Обида на Ричарда пульсировала во всем теле, но я твердо решила доказать, что они ничем не отличаются от нас.

Отредактировано Fenella Moon (2013-06-05 15:56:37)

+1

36

Вальбурга не любила вальс, от них у нее кружилась голова и хотелось пить. Она предпочитала что-то пламенное, страстное и память услужливо выдавала картинки далекого прошлого. Ночь. Два одиночества. Танго. Тогда сам воздух накалялся от их телодвижений, не было фальши и этой легкой головной боли. От воспоминаний заныло сердце. На душе стало еще тоскливей. Появилось чувство опустошенности. Но Вальбурга никогда не позволяла себе показывать эмоций на публике. Все видели ее великолепной, с гордо поднятой головой и ослепительной улыбкой на губах.
- Альфард безмозглый идиот, которого давно пора проучить, - в ее тихом голосе звучали предупреждающие нотки, она словно говорила «не начинай старый спор, милый, все равно я буду победительницей». - И да, милый, Эмерциана - чистокровная колдунья, тебе ли не знать. Ты видел ее личное дело, - насмешливо посмотрела она на мужа. Она не понимала почему он вечно называет ее полукровкой. Пусть она мало знала о манерах и была не подкована в делах аристократов, но с ней можно было иметь дела. В ней чувствовалась хватка и тот азарт, который необходим для прокручивания различных дел. Вальбурга была уверена, что на девчонку можно положиться, можно подкупить и она сделает все, что нужно. И даже больше, с блеском и не подвергая себя подозрению. Поначалу Вальбурга и сама сомневалась в том, что эта ведьма чистокровная, но увидев ее личное дело отбросила все сомнения и решила взять эту девушку под личную опеку. Чистокровные должны быть единым оплотом, единой силой против грязи, которая с каждым годом все больше пускает корни в их привычный мир.
- Ограбили Гринготтс? - в ее голосе сквозило удивление и неподдельный интерес. - Ты в этом уверен? Сейф Данталиана защищен множеством заклинаний, он даже как-то говорил, что его охраняет дракон. Мне казалось, что он шутит, но... - она потрясенно покачала темноволосой головой, торопливо поправляя прическу. - Я была сегодня в банке, но меня усыпили каким-то заклинанием. Кстати, Эмерциана та, кто не дал мне проломить своей головой мраморный пол, - доверительно сообщила она мужу, в ее голосе звучала нежность и благодарность, - поэтому я и пригласила ее на бал, - немного погодя добавила она. - Я видела еще Вивьен и ту девчонку, которая болтает с Бэгнольдом, - не поворачивая головы, поведала она мужу. - Как думаешь, может это она? Бедная полукровка, которой срочно понадобились деньги, чем не идеальная воровка? - предположила миссис Блэк, для которой все не чистокровные были редкостным сбродом, бандитами и ворами.
Тем временем танец закончился и Орион повел Вальбургу как раз к той парочке о которой они только что разговаривали. Они были непозволительно близко друг от друга и о чем-то шушукались. Она оглядела девчонку с ног до головы, подмечая все недостатки и презрительно ухмыльнулась, когда та неуклюже сделала книксен.
- Ричард, - напрочь игнорируя его спутницу сказала Вальбурга, одновременно протягивая ему руку, - рада видеть вас на этом торжестве. Вы не частый гость на таких мероприятиях, - она намекала ему на бал в поместье Блэков, на который мистер Бэгнольд не явился под предлогом сильной занятости, - Слышали последние новости? Кто-то ограбил сейф Лестрейнджей, - нетерпеливо выдала ему эту шокирующую новость Вальбурга. - Как вы думаете, кто это мог сделать? - Вальбурга не сводила свой пристальный взгляд с Финеллы. Про себя миссис Блэк давно решила кто виноват в этом гнусном воровстве, но она не могла это доказать. Девчонка залилась краской и спешно удалилась. «Видимо поняла, что я раскусила ее, воровка» - с презрением посмотрела ей в след, прежде чем улыбнуться Ричарду.

+2

37

Том несколько рассеянно следил за расходящимися парами после первого вальса и, удивительно, не заметил появления рядом с собой одной из разодетых дам. Одной из этих дам оказалась Друэлла Блэк, в девичестве Розье. Ох, уж эти Розье. Слишком много их, никуда не деться. Риддл улыбнулся одними уголками губ и запечатлел привычный поцелуй на тыльной стороне ладони Друэллы.
- Удивительное рядом, миссис Блэк, - произнес Темный Лорд, внимательно вглядываясь в лицо своей новой собеседницы. Лгала она не искусно. Впрочем так же, как и не любила родную сестру. Ох, уж эти родственные связи. Как хорошо, что Том избавился от всех своих кровных родственников еще несколько лет назад. Не от кого ждать самого подлого удара в спину. - Боюсь, что этот бал, в большей степени, заслуга Данталиана, чем его супруги, - раз Блэк не любит своей сестры, то какой смысл соблюдать театральные церемонии? Последнее время Риддл считал, что Лестрейнджу действительно не повезло с женой. Но, как говорится, мы в ответе за тех, кого приручили. Придется ему ее перевоспитывать.
Друэлла совсем не была похожа на свою сестру. Или, наоборот: Вивьен не была похожа ни одного из Розье. Все статные, светловолосые, белокожие, с нордическим темпераментом и блестящей фамильной улыбкой. Не красавцы, как Блэки, но всегда умели преподнести себя в выгодном свете. Незаметные и влиятельные одновременно. Хорошее, надежное сочетание таких качеств не наблюдалось только в безрассудной младшей дочери, вразрез всем бледным предкам - жгучая красавица, обладающая цыганским очарованием и безудержным южным темпераментом, которая, каким-то образом, еще и умудрилась угодить на Слизерин. Том давно говорил, что новое поколение слизеринцев мельчает, но чтобы настолько..
Риддл отвлекся. Его острый взгляд привлекла единственная гармоничная пара на этом балу. И тоже Блэки. Хотя "тоже" здесь неуместно. Вальбурга, как и всегда, держалась со всеми несколько надменно. Такая скучная маска. Зато видели бы ее все эти леди и господа, когда она носилась по Министерству с этой своей полукровкой Дэвис, как с писаной торбой. Удивительно, что Вальбургу оказалось так легко обмануть поддельным документом. Хотя, она же не владеет даром легилеменции, что с нее взять.
А вот и вторая пара. Бэгнольд и.. какая-то девица. Аврор. Нервная. Здесь пахнет неладным. Она размахивала руками перед лицом Бэгнольда в попытке доказать какие-то своим наблюдения. Так как речь сейчас шла только об ограбления сейфа Лестрейнджа, было ясно о чем она говорит. Если эта девица еще и видела жену Лестрейнджа в банке, то она, очевидно, в силу своей недалекости, поднимет на балу настоящее шоу с последующими фейерверками. За этим стоит понаблюдать, но что-то Темный Лорд совсем забыл о своей собеседнице.
К тому моменту снова заиграла музыка, на этот раз не венский, а традиционный английский вальс. Что же. Риддл без лишних слов чуть поклонился Друэлле и протянул ей руку, в знак приглашения на танец. Так гораздо удобнее разговаривать. Да и не дай Салазар, если к нему вспорхнет еще какая-нибудь милая птичка. Он не выдержит бестолковой  болтовни. А вот с миссис Блэк было о чем поговорить.

+1

38

Бесполезно измерять глубину тьмы.
Как бы глубоко вы ни погрузились, все равно внизу окажется вязкая бесконечность, в которой мелькают кошмарные тени и неторопливо шествуют беспредельно чуждые в своей извращенной жестокости существа.
Здесь не существует таких понятий, как пощада, милосердие, жалость.
Здесь недоуменно переглядываются, услышав незнакомые слова – надежда, свет, доброта, сочувствие.
Тому, кто решится вести дела с тьмой, стоит помнить о том, что она готова платить только ту цену, которая устраивает ее саму.
Тьма не любит, когда продавец торгуется.
Ведь всегда проще отнять, чем заплатить.

Лестрейндж внимательно наблюдал за манипуляцией супруги с палочкой. Хватит ли этого? Должно. В любом случае, он постарается не допустить проверки. Без специального разрешения, они не смогут этого сделать, вот только никто не знает, на какие фокусы способен аврорат. Особенно, когда им очень сильно припечет. В любом случае, он сможет смыть с ее имени это мнимое ограбление, но если всплывет использование непростительных, то все будет гораздо хуже. А это совсем не в его интересах. Или... А может, гори оно все зеленым пламенем? Пусть на собственной шкуре почувствует, что такое аврорат и как они действуют за закрытыми дверьми? Вблизи посмотрит на Азкобан, и оценит все прелести этого чарующего места? Может тогда, научится думать о том, что делает и как это делает?
- Теперь нам нужно вернуться в зал. Там как раз находится девочка-аврор, которая видела меня в банке.
- Абсолютно не доволен. – обойдя супругу, мягким, низким голосом, шепнул ей на ухо Лестрейндж, а губы скользнули вдоль шеи, едва касаясь ее. - Грязно работаешь, Вивьен, как дилетант. –  А в следующий момент её руки оказались зажаты за спиной, а сама она притиснута к столу животом. Сопротивление было бесполезной тратой сил и времени. Сильные пальцы крепко держали её запястья, удерживая от того, чтобы она окончательно не распласталась на столе и не давая возможности подняться. – И хватит испытывать моё терпение, милая, я не хочу быть грубым. По крайней мере, сейчас. – яростно прошептал Данталиан, крепко держа ее, не оставляя никакой возможности вырваться. – Молись, что бы эта ночь не наступила. – Жестко, холодно добавил Лестрейндж, все еще удерживая супругу. Угроза? Нет, просто предупреждение, просто констатация факта. За все надо платить, не так ли? Пришла его очередь веселиться. Данталиан отпустил запястья супруги, и, ухмыляясь, наблюдал за ней. 
Радует, что хоть нашла в себе силы предупредить об этом факте. Минус один сюрприз. А сколько она их еще ему приготовила? Проверим. И ее фантазию, и свою выдержку. Поиграем, милая, обязательно. Ночью.
Волновала ли его судьба похищенных книг? Нет, ни капли. Успокоился ли? Опять нет. Просто отвлекся на предстоящую работу. Сейчас его больше интересовало лишь то, как по быстрее отмазать эту стерву от обвинений аврорши. И он уже догадывался, что это за девочка-аврор. Сталкивался с ней и раньше. К слову, много нового узнал о себе…
- Жду в зале. – холодно бросил ей Лестрейндж, покидая кухню. Будем слушать мнение общественности…

+1

39

количество заслуженных пощёчин
не меньше, чем количество случайных. *

И только сейчас Вивьен поняла, что последняя черта, грань, разделяющая ее мужа от зверя, была перейдена. Она так стремилась вывести его из себя, но сейчас, наконец, получив желаемое, испугалась. Она чувствовала как ее сердце бьется загнанной птицей о грудную клетку: нет, Вивьен боялась не своего мужа, она боялась своего вечного, шатающегося на грани будущего. Всю жизнь Вивьен как будто стояла на сломанной табуретке, от которой медленно, но верно отламывались и без того крошащиеся ножки. Сейчас, с ужасающей скоростью отламывалась последняя. И то, потому что Вивьен сама ее подпилила.
- Абсолютно не доволен, - стоп. Не доволен? И это все, что ты хочешь сказать мне, Данталиан? Лестрейндж не сразу обратила внимания, на тон голоса своего мужа, который бы, будь она внимательней, заставил паниковать ее еще больше. Но сознание, решившее дерзить до последнего, явно сопротивлялось поступающей информации, зачем тревожить инстинкт самосохранения, если хочется показать себя с сильной стороны. Неважно, что снова получается наоборот.
Вивьен снова захотела ответить в своем любимом жанре, но первое полу касание губ к шее, выбило всю почву из-под ног, заставляя забыть уже готовую фразу еще на вдохе. - Грязно работаешь, Вивьен, как дилетант, - а ты, Данталиан, ты бы решился пойти и ограбить в одиночку самый охраняемый банк, а? - еще одна мысль, грубо прерванная простой реальностью. Секунды - и запястья Вивьен оказались в тисках мужских пальцев, край стола врезался чуть ниже диафрагмы, но все равно выбил весь воздух из легких. Черт подери, что же ты творишь, Данталиан. Вивьен дернулась, но боль в руках только усилилась до такой степени, что она чуть не выронила палочку. Как это банально, Дант, твои угрозы. Договорив, он все равно не сразу отпустил ее. Смешно, кому он пытается что доказать? - Ты все равно не сделаешь мне больнее, чем в прошлый раз, - резко произнесла Вивьен, распрямившись и поправив платье. Хотя эту фразу она в большей степени говорила самой себе. Этой фразой она пыталась убедить саму себя, что хуже уже не будет. Жаль, что именно в это она и не верила.
Данталиан, наконец, вышел из кухни, и Вивьен вздохнула свободней. Она схватилась за одну из только что склеенных тарелок и со злостью разбила ее о противоположную стену. Ей нужно было успокоиться. И проверить сколь идеально она выглядит сейчас.
- Зеркало мне! - крикнула Лестрейндж на домовика, который все это время поджав уши сидел за длинным разделочным столом. Еще секунды - Вивьен внимательно стала рассматривать свое отражение. Немножко улыбнуться, добавить блеск глазам, и никто ни о чем не подумает. Вивьен поправила прическу и, на всякий случай, еще раз наложила на себя маскирующие чары: она не знала, сколько еще продержаться те, что скрывали поцелуи Забини на ее шее. Вивьен крайне не хотелось ко всему еще и добавить скандал на почве ревности и прочей ерунды, которая для ее мужа была красной тряпкой.
Лестрейндж бросила зеркало туда же, куда до этого полетела тарелка. И вышла из кухни.

Она улыбалась. Она вышла из кухни и, пройдя не так много по коридору, снова оказалась в окружении высшего общества. Огляделась. Все были заняты друг другом. Неужели она лишняя на этом празднике жизни? Короткий взгляд - и она увидела Друэллу. Ее милая сестрица фальшиво улыбалась.. Темному Лорду. Он все-таки пришел? Удивительно. Вивьен, мысленно приободрив себя, поплыла в сторону Риддла. Это единственный человек, благодаря которому она могла чувствовать себя по настоящему живой и нужной. Почему бы не поднять себе настроение и не пообщаться с ним в такой непринужденной обстановке?
- Мое почтение, - негромко произнесла она, приближаясь. - Рада видеть тебя, сестра, - уже холоднее сказала Вивьен, отмечая про себя ее блеклое платье. Никакого вкуса.

Отредактировано Vivien Lestrange (2013-06-04 21:36:52)

+1

40

И посыпались уверения одно за другим, какие-то доводы и доказательства, которые обязательно должны были заставить Ричарда "поверить"; он же просто не мог сказать, что ему все эти дела побоку. Нет, не сказать, что он привык идти на компромисс с совестью или перестал ценить человеческие идеалы. Просто если делить плохих людей на тех, кто совершает зло, и на тех, кто видит зло, но не препятствует ему, то Ричард был бы хуже всех аристократов вместе взятых. Финелла начинала понемногу раздражать своим потоком слов - неужели не догадаться, что это  совсем не то, что стоит обсуждать здесь и сейчас? Ричард пытается держать на лице нейтральную маску. Не разводить же скандалов прямо здесь, право, им и так есть чем поживиться. Он уже замечает, как в их сторону поглядывают некоторые гости. 
- Неужели и ты погряз в этой тьме и не отличаешь их, защищаешь их, может быть и ты один из них?
И эти слова прямо режут по самому больному месту. Она, может говорит в сердцах, может, не думая, в общем, совсем-совсем не всерьёз, так ведь?
- Ты сама прекрасно знаешь, что нет, - нервно дергается Ричард, будто поспешно оправдать себя - это первое, что нужно сейчас сделать, но у него сразу обрывается голос. Это очень подло - нажимать на запретные темы, лишь бы вызвать реакцию. Бэгнольд спешно проводит рукой по волосам и шумно выдыхает. Выйти из себя тут, когда на них и так обращают все больше внимания, - очень, очень плохая идея. Поэтому Ричард не добавил ни слова, он не смотрит на девушку и безуспешно пытается унять внутреннюю злость. Но злость на кого? На Мун, за то, что она говорит не то и ничего не понимает? На себя, за то, что зря предложил ей прийти, а теперь не может нормально отреагировать и увести её от темы? Или за то, что по-прежнему оставляет за собой все те же болевые точки - свое происхождение, свое место, свою жизнь вообще. Хуже быть не может, казалось бы, но тут к ним уверенно приближаются Блэки - Орион и Вальбурга, - и Ричарду наконец удается успокоиться. Возвращение в привычного себя - дежурная улыбка и совсем не лихорадочные движения, какими они были пару минут назад.
- Вальбурга, Орион, - склоняет голову в приветствии и легко пожимает руку Вальбурги. Каждый из Блэков приветствует по-своему, и у каждого в невинной вежливой фразе своя насмешка. Здесь не говорят напрямую, здесь бьют исподтишка, прикрываясь в лучшем случае шуткой. Ричард будто не замечает того, что Вальбурга показательно не здоровается с Финеллой, и представляет подругу Блэкам.
- Иногда приходится напоминать себе, что такое культурное общество, - так же мягко и спокойно отвечает Ричард. "По крайней мере мы работаем, а не тратим время на пустые интрижки и сплетни. Сам же в Министерстве работаешь, себя-то министерской крысой не считаешь?" - в продолжение думает Ричард и бросает взгляд на Финеллу - она неловко что-то говорит и уходит. Жаль, Ричард  не успел попросить её не делать глупостей. Тень беспокойства проходит по его лицу, остается только надеяться, что если Мун пошла разоблачать Вивьен, то уж та  предоставит непробиваемую стену этикета и вежливого непонимания. Впрочем, что-то подсказывало Рику, в любом случае у Финеллы ничего не получилось бы.
Ричард возвращается к беседе. Вальбурга увлеченно говорит об ограблении Гринготтса и, похоже, жаждет услышать побольше об этом. Наверное, думает, что Финелла могла ему что-то рассказать, раз работает в аврорате.
- Да, да, слышал об этом, - подхватывает тему Ричард. - Не представляю, кто пошел бы на такой риск, думаю, вы сами прекрасно знаете, как хорошо охраняются сейфы таких семей. - Совершенно нейтрально, без обвинений и домыслов. Что-то в лице Вальбурги гаснет, похоже, её желание посплетничать не оправдывается, и Ричард вполне  удовлетворен этим фактом. Он опускает свои мысли о том, что в таком-то сейфе точно есть чем поживиться, и что наверняка это был кто-то из своих. Может, кто-то из тех, кто сейчас тут? Ричард бы развил эту мысль, но ему совершенно все равно, и изображать интерес к этой теме и так лень.

Отредактировано Richard Bagnold (2013-06-06 16:44:10)

+1

41

-И да, милый, Эмерциана - чистокровная колдунья, тебе ли не знать. Ты видел ее личное дело, - отозвалась супруга на слова мужа. Орион хмыкнул, на этот счет у него было совсем иное мнение.
- Ты же знаешь, как я отношусь к документам – просто бумажки, которые можно подделать… Я по человеку сужу, а не по его делу, - тема была закрыта. Блэк не хотел ссориться с Вальбургой прямо на балу, у них это было не принято. Поэтому он решил переключиться на более весомую тему относительно банка.
- Я была сегодня в банке, но меня усыпили каким-то заклинанием. Кстати, Эмерциана та, кто не дал мне проломить своей головой мраморный пол, - говорила супруга.
- Могла бы сказать и раньше, теперь наша семья косвенно втянута в эту историю, - Орион скорее обрадовался, чем огорчился. Ему нравилось развевать мифы, в том числе о надежности банка.
- Я не уверен, что какая-то мелкая девчонка способна на такое, - шепотом произнес Блэк, - у нее духу не хватит, хотя… это можно проверить, - хитрый взгляд Блэка устремился в сторону молодого аврора.
Орион внимательно следил за гостями Лестренджей, он был уверен, что за слухом скрывается весьма любопытная история. Его голубые глаза впивались в окружающим, стараясь выпытать у них настоящие эмоции. Ведь все здесь – искусные лжецы и притворцы, умеющие мастерски прятать свои эмоции. Вот только новички в этой кампании явно уступали тем, кто постоянно жил в такой атмосфере.
Поэтому пара и подошла к Финеле и Ричарда. Если последний ещё хоть как-то крутился в высших кругах, то девушка вряд ли. Главное – первая реакция.
На приветствие столь известных персон мисс Мун явно растерялась. Это наводило на подозрение. Она предпочла быстрее покинуть их кампанию, не подозревая, что только что нарушила правило этикета, что сразу бросилось в глаза. Необходимо хоть немного уделить внимание собеседником, перекинутся парой фраз, послушать хоть пять минут, только потом можно удалиться из кампании.
«Она определенно что-то знает, это видно по ее искренней реакции», - заметил для себя Орион.
Блэк холодно провожает взглядом аврора, потом переключается на Ричарда. Вальбурга мастерски заговаривает чистокровного мага, желая выведать побольше. Это у БЛэков в крови, однако тот упорно делает вид, что ничего не знает. Однако Орион заметил каплю волнения и у Ричарда, когда он смотрел вслед своей спутницы. Это очень странно.
- Мне кажется, - спокойным голос начал Орион, - что банк Гринготтс погряз в мифах о своей надежности, он уже давно перестал быть недосягаемым, если, - он сделал паузу, - его смогли так мастерски ограбить в разгар  дня, - он просто впился взглядом в Ричарда, легкая усмешка проскользнула по его лицу.
- Я обязательно свяжусь с министром Магии, чтобы обсудить с ним данную проблему, думаю, Ричард, вам и вашему отделу стоит побеспокоиться, ведь в банке хранятся не только богатства аристократов Магической Британии, а также иностранные капиталы… - с намеком на угрозу произнес Орион, он знал, что Ричард не договаривал, это его раздражало. На этом он, кивнув, произнес:
- Прошу нас простить, нам надо поприветствовать других гостей, - Орион все делал строго по этикету, он, как представитель влиятельного семейства, обязан был уделить внимание всем, даже если и не он был хозяином мероприятия. А что же ещё делать…
- Он определенно что-то знает, как и девчонка, - шепнул Блэк Вальбурге, когда они уже отошли от Бэнголда.

+1

42

События:
» один из доброжелателей натолкнул Финеллу Мун на мысль, что судьям будет достаточно показать свои воспоминания - и преступница останется за решеткой.
» один из больных Селии Гринграсс почувствовал себя много хуже. Она вынуждена вернуться на работу.
» какая-то неудачливая волшебница наступила на платье Вальбурге Блэк.
» Эмерциана Дэвис исчезает из поместья, как только гости активно начинают обсуждать события в банке, так как не хочет оказаться в центре нехорошего внимания толпы.
» Данталианом Лестрейнджем получено новое письмо. На этот раз его авторство принадлежит Вивьен Лестрейндж. Письмо интимного характера, предназначенное для Азазеля Забини, от 16 сентября этого года. ссылка

0

43

Я пробиралась вперед сквозь толпу гостей, а сердце колотилось в унисон с новой танцевальной мелодией. Меня раздирало много чувств - чувство вины за то, что я сказала Ричарду, обида на него за недоверие и тоска. Тоска громадная, не знающая границ. Я знала, что мне не удастся доказать вину Вивьен в ограблении, по крайне мере сейчас. У меня не было никаких улик и ее безупречная репутация лишь играла ей на пользу. Богатство и вседозволенность - это могло бы стать девизом для каждой чистокровной семьи в этом болоте, - раздраженно подумала я, налетев на кого-то. Я ожидала, что на меня снова начнут кричать, но ничего не случилось. Я подняла глаза и увидела свою хорошую знакомую, которая тепло мне улыбалась. Я улыбнулась в ответ и завела с ней легкую и непринужденную беседу. Но чувство, что мне необходимо, чтобы мне кто-то поверил не отпускало меня. Я переминалась с ноги на ногу и отвечала невпопад на ее расспросы, пока не выдала ей все одним махом. Я видела удивление в ее глазах и недоверие, но она все же дала несколько дельных советов. Один из них решал проблему с преступницей. Всего лишь показать судьям свои воспоминания, как же я сразу не догадалась, - подумала она. У меня созрел план и мне не терпелось реализовать его. Шепнув "спасибо", я резко повернулась и быстрым шагом направилась к музыкантам. На все мои уговоры и угрозы они никак не реагировали - продолжали играть. Я вытащила палочку и решительно пошла к столу с угощениями. Кое как расчистив место на скатерти, я залезла на стол. Кажется что-то все же стало жертвой, я слышала звук разбившихся о паркет бокалов. Я направила палочку на музыкантов.
- Tinnire, - шепнула я и музыка резко оборвалась криками музыкантов, которые пытались заткнуть визг в своих ушах. На меня уже стали обращать внимание, но я хотела, чтобы меня видел и слышал каждый из присутствующих. - Periculum, - сноп красных искр сорвался с конца моей палочки и взметнулся к потолку, - Sonorus, - я покашляла привлекая внимание и ближайшие ко мне  волшебники заткнули уши. - Минуточку внимания дамы и господа. Мне жаль прерывать это чудесное мероприятие, - я быстрым взглядом обвела зал и на секунду задержалась на хозяине и хозяйке торжества, - я здесь при исполнении обязанностей. Мадам Лестрейндж, - я указала палочкой на Вивьен, - вы обвиняетесь в ограблении банка Гринготтс и наложение непростительных чар на служащих банка. Миссис Блэк, - я ткнула палочкой в Вальбургу и стала взглядом искать Эмерциану, но той в зале не оказалось, - и ваша подруга - вы пойдете по этому делу свидетелями. Просьба явиться завтра в Аврорат для дачи показаний. Вам придет официальное извещение в скором времени. Я спрыгнула со стола и решительно направилась к Вивьен, кинув мимолетный победоносный взгляд на Ричарда. - Миссис Лестрейндж, пройдемте со мной. Боюсь сегодня вам предстоит спать не в вашем доме и не забудьте свою палочку - она будет проверена на последние 10 заклятий, - я не грубо, но весьма ощутимо схватила ее за предплечье и потащила к выходу, намереваясь скорее оказать в Аврорате и приступить к делу чрезвычайной важности. - Ах да, желаю приятно провести остаток бала, - бросила я через плечо и применила Quietus. Выйдя на территорию, где возможно переместиться, я аппарировала, вместе со своей пленницей.

заклинания

Tinnire - чары визга в ушах
Periculum - красные искры
Sonorus – чары громкости голоса
Quietus - обратное Sonorus

Отредактировано Fenella Moon (2013-06-08 15:22:21)

+2

44

Смеется хаос, зовет безокий: Умрешь в оковах, — порви, порви!
Ты знаешь счастье, ты одинокий, В свободе счастье и в Нелюбви*.

У Вивьен еще не случалось дня, когда весь мир будто бы был настроен против нее. Даже не дня, а всего-то одного вечера. Маленькой четвертинки от целых суток. Ровно до этого бала все шло хорошо, даже отлично. Черт же дернул Данталиана заняться этим маскарадом: неужели нельзя было отдать пальму первенства кому-то другому, что за вечная тяга быть сильнее, быстрее и выше? Детский сад. Лестрейндж толком не успела подразнить любимую сестрицу, как картина в зале начала резко меняться. Вивьен как в замедленной съемке следила за отрывистыми движениями представительницы аврората, которая, словно обезьяна в цирке, лезла по столу с явствами, за ее резкими выпадами палочкой - музыканты, Вальбурга и сама Вивьен - красотка из аврората заставила замолчать и вздрогнуть всех в зале. Вивьен закатила глаза к потолку. Да, эта Мун определенна чувствовала себя на высоте сегодня. Милая девочка нашла, где показать себя. Вивьен почти не вслушивалась в ее слова. Она и так знала все, от причины до следствия. Обычная обвинительная речь, не подкрепленная никакими доказательствами. Речь, направленная не только против Вивьен, но и против той же самой Блэк, а следовательно, и против всех собравшихся здесь чистокровных. Это гораздо хуже, чем любая холодная война. Малышка-аврор не знает, во что ввязалась.

Да, действительно, Данталиан оказал Вивьен услугу, проследив за ее палочкой. Надо будет не забыть поблагодарить его за это, кстати, а где он? Лестрейндж коротко оглядела окружающее пространство, проскользнула взглядом по лицам шокированных волшебников, и, усмехнувшись и гордо вздернув подбородок, ответила приближающейся зарвавшейся аврорше.
- Ваша ошибка, дорого вам обойдется, мисс, - холодно и сдержанно произнесла Вивьен. Она не шутила. Как только они окажутся вне посторонних глаз - Мун не поздоровится. И даже если ей не получится отомстить сразу за этот позор: она отомстит после. В своей изощренной манере, конечно же.
Аврор подошла к Вивьен и в мужской манере схватив преступницу за плечо, поволокла ее вон из зала. И все-таки хорошо, что Данталиана нет поблизости и он не видит этих ужасающих кадров воистину исторической хроники. Он и так в бешенстве, а если еще и это - и вовсе убьет кого-то прямо на балу, что крайне нежелательно для семейной репутации. Хотя о ней-то Вивьен никогда и не пеклась. Ей на собственную безопасность было глубоко плевать, а здесь - далеко не дело жизненной необходимости.

Мун вывела Лестрейндж за пределы дома. и они аппарировали в аврорат. Вивьен не видела смысла сопротивляться этой круглой идиотке: зачем порождать новые улики - еще посадит за сопротивление при аресте. По Вивьен и так хорошая статья плачет. За ограбление и применение непростительных. Правда, последнее уже не доказуемо.
Вивьен не отчаивалась. Она была уверена, что совсем скоро окажется дома и ей придется еще отчитываться перед мужем. Но, проблемы принято решать постепенно. На ближайшие несколько часов Вивьен была занята собственной свободой.
--------------> Аврорат

*З.Гиппиус

Отредактировано Vivien Lestrange (2013-06-08 23:50:30)

+1

45

Том только подумал о том, насколько долго исчезли хозяева бала, правила этикета ведь никто не отменял, а исчезать надолго - некрасиво к гостям, да и порождает новые кривотолки, как двери снова распахнулись и они с небольшой разницей во времени и в движениях снова появились в зале. Вивьен, постреляв по знакомым глазами, направилась к своей сестре и господину. Девчонка явно нервничала, но по взгляду было видно, что она так ничего и не поняла. Риддл коротко кивнул ей в знак приветствия, чувствуя, как с языка Вивьен уже готова слететь какая-то гадость в сторону сестры. Дети. Как подрались в одной песочнице, так и не выйдут из этого возраста. А Темному Лорду не хотелось коротать свое время в компании столь прелестных, но ужасно язвительных друг к другу сестер.
- На сей раз, прошу простить меня, дамы. Мне должно приветствовать хозяина этого великолепия, - и действительно, Риддлу срочно был нужен Данталиан. Отдав дань дежурной фразе, произнес Том, прослеживая направление перемещений на вид спокойного Лестрейнджа. Через секунду он направился за ним вслед. Вольдеморту было необходимо многое объяснить и показать. В библиотеке он узнал много достаточно важной информации, без которой нельзя ступать на неизвестную территорию Хэмптон-корта. А так как в предстоящей операции Том рассчитывал только на Данталиана, он мог доверить эту информацию только ему.
Темный Лорд не спеша прошелся по бальной зале, стараясь не обращать внимания, на снующих туда-сюда волшебников и волшебниц, игнорируя их деланно-удивленные взгляды, приторный парфюм и кривые улыбки. Атмосфера была напряженной. Каждый не упускал момента посплетничать о последних происшествиях. Этих чистокровных хлебом не корми, дай по обсуждать кого-нибудь. Наконец, Том преодолел расстояние, разделяющее его от единственного нормального Лестрейнджа. Вольдеморт чувствовал, что скоро начнется какая-то катавасия, и Данталиан нужен был ему до начала всех этих разборок. Приближаясь, Том кивнул Лестрейнджу и, игнорируя этикетное приветствие, сразу перешел к делу.
- Нам нужно обсудить кое-какие детали, - спокойно и холодно произнес Риддл, глазами указывая на балконную дверь. Разговаривать на людях они не могли, слишком много ушей, слишком много глаз. Почему бы не выйти на свежий воздух? Не дожидаясь ответа, Темный Лорд направился в сторону балкона, будучи в полной уверенности, что Данталиан направился следом. Открыв дверь, он прошел в угол литой ограды, которая не позволяла упасть невнимательному человеку пусть и с небольшой, но высоты. И, дождавшись, когда войдет Данталиан, Риддл наложил на отведенное место звуконепроницаемые чары.
- Я достал карту Хэмптона, сейчас она в библиотеке, - произнес Вольдеморт, облокачиваясь на перила. - Если что-то пойдет не так, у нас будет возможность выбраться через подвальные помещения. Но среди них слишком много тупиковых, а часть ходов - завалена. И это на картах не отмечено, - продолжил он. Все-таки дело чрезвычайной важности.
Том уже не видел и не слышал того, что началось в зале после их ухода. Сейчас дела предстояли более важные, чем светские развлечения и экстренная помощь нарвавшейся на проблемы Вивьен. Впрочем, спасение утопающих, дело рук самих утопающих.

+1

46

Мы взрослели. Делали выводы. Поступали в Хогвартс и устраивались на работу. Мы напивались. Совершали безумные вещи. Покупали бесчисленное количество шмоток. Выкуривали по три пачки за день, только потому что он был не совсем удачный. Покупали спиртного на вечеринку количеством больше, чем выпивают наши родители за год. Смотрели эти фильмы-однодневки, фильмы-на-всю-жизнь, фильмы-катастрофы, фильмы-блокбастеры на последних рядах любимых кинотеатров. Учили что-то перед СОВ и ЖАБА. Знакомились на одну ночь. Вели дневники. Теряли друзей.
Начинали новую жизнь. Строили планы на будущий год. Дарили подарки близким. Смеялись в лицо опасности. В этом городе, который мы любим всем сердцем, и который ненавидим в глубине души. В этом городе, глядя по вечерам на пустынные улицы, думали каждый о своем. Мы просто хотели быть самостоятельными. Мы просто хотели стать старше. Мы просто хотели быть собой. Все, чтобы мы не делали, как бы отчаянно не кричали о том, что мы уже ни во что и никому не верим. Все эти планы, что строили, все те мечты, каким придавались, все это было только ради одного. Вся жизнь, все годы. Часы и месяцы. Мы искали любовь. Мы так хотим ее получить. Хотя, возможно, меньше всего и заслуживаем. Одинокие и гордые. С волосами всех цветов. С умными глазами. С незабываемыми улыбками. Мы все хотим влюбиться. Взаимно. Навсегда. Так красиво, так романтично, так беспечно. Как в кино. Мы можем сами себе не признаваться в этом. Можем годами смеяться над парочками, идущими за ручку, ехидничать на счет того, во что мы верим, а во что нет, упиваться своей циничностью. Но, каждую ночь, в холодной постели, когда снова не удается долго уснуть, мы возвращаемся к одной и той же мысли, которая не дает покоя.
Единственное, что заставляет меня перешагивать через себя каждый раз, когда мне хочется забыть обо всем, что было когда-то- это не любовь. Это ожидание любви. Но в какой-то момент все пошло не так, все пошло не по плану, не по сюжету. Боль в груди, будто у меня все органы перемешены, будто на месте сердца дыра, размером с пятиэтажый дом.
Танец окончен, все слухи услышаны,  все что могло произойти произошло.
Забини попрощался с дамой, с Блэк, пробурчав что-то про работы и поспешно сбежал с приема. Ему предстоял тяжелый вечер. Стоило перешагнуть черту, границу между домом и свободой для аппарации, доктор исчез, что бы появиться возле своего дома.
Она всегда была необычной. Заметной. Стильной. Глаза лукавые, можно сказать, субтильна. И все летела, как бабочка на огонь…А теперь попалась.
Азазель вбежал в дом, буквально на лету отдавая указания домовикам: « Приготовить рабочую одежду», «Приготовить легкий ужин, что бы выветрить алкоголь», «Начистить ботинки и подготовить бумаги, уложить их в чемодан», «Чемодан в коридор, ужин в лабораторию». На все про все у него оставалось не более часа. А лучше быстрее.
Забини накинул на плечи халат и вошел в камеру, где был прикован к столу безумец. Этот полукровка уже несколько дней находился в подвале, его психика была полностью разрушена, после всего что с ней делал Забини, но это и было на руку. Он прикинул что да как, оценил обстановку. План уже был давно в голове. Азазель схватил палочку мужчины и отправил во Франка Империо. Этого должно быть достаточно.
Забини приблизился к прикованному к столу пациенту и влил тому в рот зелье, которое позволяло погружаться в его воспоминания. Это была не попытка влезть в его сознание, это был взлом. Тонкий как лезвие, и неотвратимый. Такими вещами лечат детские фобии, меняя страх на что-либо другое, в его компетенцию входило лечение данным препаратом, но он пошел дальше. Выше, сильнее, быстрее.
Воспоминания о подвале стирались. Он встретил Вивьен, в косом переулке... Азазель прикинул время и сделал встречу как можно менее запоминающейся. Пока девушка искала подарок мужу, этот безумец отправил в нее Империо. Незаметно и осторожно. И велел ей украсть из банка... В этом месте Азазель сделал обрыв воспоминания, дабы не попасть врасплох, пусть все выглядит так, будто этот человек безумен на столько, что не помнит что ему надо было и зачем. Мотив? Он хотел подставить девушку.
Далее следовали воспоминание о том как он скрывался в переулках Лондона.
- Сегодня, ровно через три часа ты проберешься в дом Лейстринжей, что бы забрать то, за чем отправил Вивьен в банк. Это артефакт.- Мужчина натянул на лицо полукровке мешок и принялся очищать воспоминания. Удалил все, что касается себя и его пребывания тут, заменил ложными воспоминаниями, разрушил несколько нервных связей, окончательно и бесповоротно, превращая мужчину в психа. Азазель вызвал домовика, одного из тех, кто был лакеем и велел тому отправить мистера Бокса в Лютый переулок, вернуть волшебную палочку, вложив ее в карман психу, прежде, естественно, очистив ее от отпечатков. Идеально.
Забини, проходя мимо рабочего стола прихватил бутерброд, похрустывая им на ходу. Сменить одежду, взять кейс с личным делом пациентки Вивьен. Что ж, осталось аппарировать в министерство и доказать что девушка находилась под Империо и ничего не могла поделать. А когда чары сошли, было уже поздно.
Заключение психиатра могло многое изменить, только если он не опоздал, только если Вивьен поймет, что за игру он затеял... Как хорошо что он- лучший и единственный специалист в своей области. Удача эта может стоить жизни его Вив.

--------------> Аврорат

Отредактировано Azazel Zabini (2013-06-18 23:20:41)

+4

47

Вальбурга прищурила свои прекрасные глаза в мятежном негодовании. Ей совсем не нравилось, что Орион сует своей нос туда куда не следует. Делит ее окружение на черное и белое. Нет у Эмерцианы манер? Это еще не значит, что в ней не течет чистая кровь. Вальбурга с безжалостной улыбкой наступила мужу на ногу со всей силы.
- Чтобы я больше не слышала этой ерунды, Орион. В Министерстве не подделывают документы, слишком уж их много и сильна защита. Я не думаю, что Эмерциана стала бы заниматься этим. Пусть у нее не голубая кровь, зато чистая. И я не больше не намерена обсуждать это с тобой, - дрожащим от негодования голосом произнесла она. Вальбурга бы еще долго и страстно защищала бы свое протеже, но Орион вовремя отвлек ее внимание, чтобы избежать ненужных публичных ссор. Этот бал и так достаточно увидел. Слухи, перешептывания и косые взгляды не прекращались. Изредка Вальбурга чувствовала на себе чей-то прожигающий взгляд и награждала этого человека испепеляющим взглядом.
- Я в этом не виновата. Мне нужно было решить кое-какие дела на счет нового благотворительного фонда. Это я конечно сделала, хоть и с трудом, - она возвела глаза к потолку, вспоминая на сколько уже тупым и неорганизованным мыл малютка клерк, - мне пришлось применить свой дар убеждения, - она посмотрела на мужа и чуть улыбнулась ему. Вальбурга не сомневалась, что он понял, какой именно дар был. Кто, как не он испытывает его десять раз на дню, а затем Репаро. - Ты не представляешь какие неотесанные болваны там работают. Не понимаю, почему гоблины вообще берут их на работу. Они и сами хорошо справляются. А вот из-за таких и совершаются неслыханные дерзости. Ох Орион, Гринготтс одно из самых надежных мест в мире, если уж там случилось такое, то я чувствую, что дальше будет только хуже. Что если.., - Вальбурга замолчала, позволяя мужу самому вообразить все страшные вещи которые могут произойти после. Ограбление лишь начало в цепочке ужасов и страхов, которые вскоре обрушатся на Туманный Альбион. В этом Вальбурга была уверена. Это в равной степени пугало и радовало ее, завораживало и заставляло делать свои ходы на этой странной шахматной доске жизни. Орион от нее не отставал. Как раз сейчас он развевал мифы о надежности банка, красуясь перед рыжей девчонкой и Бэгнольдом. И что он в ней нашел? Обычная идиотка, которая каким-то чудом пробилась в Министерство магии. И как он не чувствует этот мерзкий запах, который сопровождает всех грязнокровок. Вальбурга недовольно поморщила носик, презрительно сверля глазами девчонку. К моей радости та довольно быстро удалилась, предоставив разговор взрослым.
- Да, дорогой Ричард, вы правы. Но раз произошло это, значит сейфы таких семей, - она едва заметно выделила голосом последние два слова, - охраняют недостаточно хорошо. Вы обязательно должны поднять этот вопрос в Министерстве. Какая неслыханная дерзость! А дальше мы узнаем, что кто-то проник в Хогвартс и похищает наших детей? Они с Орионом думали в одном ключе. Он уже пообещал нам или сам себе, что свяжется с Министром магии и обсудит с ним проблему охраны банка. Небось боится стать следующим, - насмешливо подумала она. Она взглянула на мужа и поняла, что он сердится или по крайне мере очень раздражен. Это было не заметно для других, но любящий глаз всегда видит истинное. Вальбурга сделала на прощание книксен, который довольно здорово отличался от того подобия, что продемонстрировала Финелла и удалилась с мужем в другую половину зала.
- Ты прав, он определенно что-то знает, но он не расскажет об этом. Может покрывает свою подружку? - пожала плечами Вальбурга. Она заметила Тома, кружащегося в танце с Друэллой. Ее сердце болезненно кольнуло, а улыбка сошла с губ. Она отвернулась, чтобы не видеть этого.
В это самое мгновение произошло несколько вещей. Какая-то волшебница наступила на платье Вальбурги, чуть было не порвав его, за что удостоилась невербального проклятья Сanariensis verti, превратившего эту даму в гигантскую канарейку. Орион неодобрительно хмыкнул. Она ответила ему невинной улыбкой и пожатием плеч. Не успели они и слова сказать друг другу, как их накрыла оглушительная волна звука. Вальбурга резко развернулась и впилась глазами в рыжеволосую девчонку, стоявшую на столе. Что еще за цирк? - с удивлением и негодованием подумала Вальбурга, - она хочет арестовать Вивьен? Вальбурга непонимающе посмотрела на мужа и одними губами прошептала: Сделай что-нибудь! Финелла ткнула волшебной палочкой в Вальбургу и возвестила ей о том, что ее будут допрашивать завтра в Аврорате. Вальбурга крепко сжала руку мужу. Ей необходимо было ощущать поддержку в эти позорных минуты. Некоторые личности обернулись к ней и она чувствовала на себе их торжествующие взгляды. Это продлилось не долго, хотя Вальбурге это показалось вечностью. Финелла схватила Вивьен и удалилась с ней в Аврорат. Зал, еще с минуту потрясенно молчал. А затем буквально взорвался криками ужаса, ярости, проклятиями и рыданиями.

+3

48

Что в своей жизни Ричард не любил больше всего, так это неопределенность. После школы он попал в роль игрока на два поля: он уже знал обе стороны жизни - сказочную в своем мерцании фальшь и простоту обычных людских отношений; он знал, что в одном мире от него будут ждать покорного соответствия подобранному образу, а в другом - бьющей ключом жизни и неравнодушия. Эти вещи противоречили друг другу. Это конфликт. Это постоянная борьба, которая выливалась в подыгрывание тем и другим сразу - по крайней мере, в попытки сделать это. Стоит ли говорить, что от этого обязательно устанешь?  И начнешь путать место и время своих образов, подавать не то и не там; проще говоря - проиграешь, дашь слабину, обнаружишь свою наивную попытку обыграть обе стороны.
Ричард сейчас чувствовал себя таким же уязвленным. Финелла, вроде, должна была бы знать, что в нем настоящего, а что нет; но, похоже, она не особенно различала это. И теперь увидела для себя защитника все этой аристократичной своры, а не человека, которому наплевать на местные игры; это было неприятно. Можно было бы схватить её за руки и весело зашептать, что все это игры и шутки, да только кто же в таком возрасте играет? И можно было бы уверить себя в том, что просто личное и такое смешивать нельзя, но, ах, кого тут обманывать, если личного у Ричарда нет, и все в этой жизни у него - рабочее, и куда ни пойди - везде правят бал Блэки, Лестрейнджи и другие громкие фамилии.
Пока Вальбурга говорила что-то бессодержательное, Рик старался невзначай взглядом найти свою спутницу в толпе; он едва не ответил Вальбурге, что с подобными запросами лучше обращаться к своему мужу, а не к мелкой сошке из Министерства, и вовремя собрал свое внимание обратно к Блэкам, чтобы с ними проститься. Пара отошла, и Ричард начал подумывать о том, стоит ли вообще искать Финеллу и выяснять отношения. Может, умным и взвешенным решением будет удалиться...
Где-то в стороне зазвенело бьющееся стекло, мелодия, до этого служившая незаметным фоном, превратилась в режущее слух дребезжание и оборвалась. Ричард повернулся сначала в сторону музыкантов, после удивленно, как и многие другие гости, в противоположную.
"Вот черт".
Финелла решила устроить концерт. Ричард дернулся было вперед, но едва не налетел на кого-то из Блэков - кажется, Друэллу? Пробормотав неловкое извинение, он медленнее начал подбираться поближе к собственно действу, и перед ним оказались как раз Орион и Вальбурга. Все это короткое время, что Финелла произносила свою речь, Ричард ощущал как что-то сдавливается внутри. "Ну да, давай. Покажи, что твои полномочия выше социального статуса. Да, молодец, нечего сказать", - зло думал Ричард; а злиться было на что. Во-первых, это до безумия инфантильно и наивно, ни разу не изящно и откровенно дерзко - даже он это понимал. И в ответ на торжествующий взгляд Финеллы он только покачал головой.
- Идиотка, - вырвался у Ричарда негромкий комментарий, но его вполне могли услышать Блэки. Отлично, ведь назвав поименно всех причастных к делу и поспешно покинув зал, Мун оставила Ричарда тут одного. И теперь он в самом эпицентре - вот Вальбурга, новоиспеченный свидетель ограбления, и вот Ричард, который, собственно, притащил это бедствие на бал. И у той же Вальбурги есть все законные основания сейчас же растерзать Бэгнольда. Да, просто прелестно получается: все гости еще больше утвердятся во мнении, что он позор чистокровного общества и возмутитель спокойствия, а Финелла будет верить в то, что он им все-таки предан. Чудно. Конкретно в этот момент Ричард оказался за бортом.
Нужно было ретироваться - оставаться попросту незачем. Начнутся язвительные фразочки и двусмысленные вопросы; зал уже негодующе зашумел. Хозяина не было видно; и Ричард с некоторой завистью заметил, как Орион держит жену за руку. "Она хотя бы не одна".

+2

49

Событие:
» Домой эльф, готовый расстаться с жизнью, отправляется за хозяином - Данталианом Лестрейнджем - и сообщает ему о том, что хозяйка - Вивьен Лестрейндж - отправлена в Аврорат. А среди гостей назревает паника.

0

50

И вновь шум и суета в зале. Музыка, танцы, множество лиц, многих из них он так и не поприветствовал, уже не хотел, но обязанности хозяина бала никто не отменял... и вот вновь легкая полуулыбка на лице, будто ничего и не было. Вот только атмосфера в зале за это время изменилась. И Данталиан по сочувствующим взглядам в его сторону понял, что уже всем все известно. А нет. Не только сочувствующие... Довольных и злорадствующих так же хватало, наконец то, хоть кто-то нашел в себе силы и снял маску, показал свое истинное лицо. Ну а как же без этого. На этом вечере хватало тех, кто не любил его самого и его семью. Вот только самому Данталиану было все равно на этих личностей. Он очень редко обращал внимание на мнение окружающих, ибо по другому, он не стал бы тем, кем сейчас является.
Шествуя сквозь приглашенных, Лестрейндж прокручивал в голове произошедшее на кухне и последнюю фразу супруги. Да, она сумела его зацепить и он даже готов был извиниться перед ней. Но не сейчас, потом. После бала. Когда все гости разойдутся...
Задумавшись об этом, Данталиан не сразу заметил подошедшего к нему Тома. и как только ему тут дали пройти? Ведь желающих лично поприветствовать перспективного мага желали многие... Кивнув ему в ответ, Данталиан взял с подноса бокал с виски и направился за другом. Наконец у него появилось что-то, что может отвлечь его от всего того, что происходит во круг. Выйдя на балкон, Данталиан вдохнул свежий воздух. Было такое чувство, что он оказался на свободе, вырвался из плена лжи и маскарада. Проследив за манипуляциями Тома, выставляющего всяческие барьеры, дабы им не могли помешать и подслушать то, что должно остаться только между ними, Дант облокотился на поручни балкона держа бокал в руке. Он был рад этой временной паузе, он всю дорогу с кухни только и мечтал о том, чтобы исчезнуть из замка. Да хоть провалиться под землю, главное не быть в зале. Пусть Вив сама разбирается с гостями.
Всматриваясь во двор, он внимательно выслушал друга. И да, со всей этой суетой у него из головы совсем стерлось то, что было гораздо важнее этого праздника жизни, и все же... Лестрейндж, умел быстро переключаться между темами, улавливать направления разговоров и тем. Это уже профессиональное.
- Не думаю, что это может стать препятствием, только если эти завалы не созданы рукой мага, - Данталиан сделал не большой глоток напитка и посмотрел на Лорда.
- нет никакой возможности все проверить до операции? Может отправить кого в разведку?
- и все же, нам в любом случае, нужно будет успеть до появления авроров, у нас пока не достаточно тех, кто может открыто сойтись в схватке с ними и выйти из нее победителем.
- и много еще подобного мог сказать Лестрейндж, вот только Том и сам все это прекрасно знал. И очень даже возможно, что видел все риски по лучше самого Данталиана. Времени для размышлений у него по более будет.
Но тут появился эльф и сгорая от стеснения и не ловкости от того, что прервал разговор, передал очередное письмо хозяину, после чего так же тихо удалился. И что у них там еще стряслось? недовольно подумал Данталиан, но смотреть что там он пока не стал, и даже не посмотрел на имя отправителя, а сунул его в карман мантии. Вот только данное письмо было не из банка, а от его супруги... Но об этом он узнает чуть позже.
- я хотел бы ознакомиться с картой... - продолжая разговор, будто и не было эльфа, проговорил Лестрейндж.

***

Через несколько минут, эльф появился вновь в еще более подавленном и испуганном состоянии.
- Х-хозяин, там забрали в министерство хозяйку... - эльф махнул рукой сторону зала, а затем обхватил руками голову и чуть ли не завывая исчез.
И в это же время, мужчины могли видеть с балкона, как аврорша вела Вивьен через двор, а затем, как они аппарировали.

+1

51

Человек твердых принципов нередко выглядит безжалостным в глазах толпы.
Том на некоторое время ушел в себя, вспоминая все, что смог почерпнуть из национальной библиотеки. Вычеркивая из головы все лишнее и незначительное, выбирая все самое важное и истинное. Отправить кого-то? Слишком мало времени. Вряд ли имеет смысл бросать в резиденцию кого-то этой ночью. Ночь, конечно, хорошо скрывает под своим покровом, но днем осматривать местные достопримечательности гораздо безопаснее и удобнее, сподручнее, так сказать. Только утром будет времени еще меньше, а днем - совсем капля. Тут поможет только салазарово провидение. Проще будет сориентироваться на месте, если понадобится. Том хоть и не поклонник импровизаций, но совсем исключать подобный вариант не стоит.
- Не успеем, но - подумав и цокнув языком, ответил Темный Лорд. На эти неизвестные полуразваленные ходы было рассчитывать рискованно, но возможно. - Дело не в этом. На той глубине, на которой вырыты эти подземелья - не подействует ни один барьер. В крайней ситуации - катакомбы помогут уйти даже по прибытию авроров, - наконец, Том довел до ума собственную мысль. Действительно, необходимо использовать все реальные варианты отступления. И не реальные. - Только, от тупиковых не будет пользы - сами поймаем себя в ловушку. Все же я отправлю Нотта туда завтра утром, - Риддл хотел сказать что-то еще, но фразу сбил с языка домой эльф, внезапно появившийся на балконе, не смотря на все магические ухищрения. Том все время забывал, что на этих существ обычная магия не действует.

Жизнь действительно не деликатна. Нет идеальных браков. Нет сверкающих вершин.*
Домовик, находящийся, казалось, в полном смятении, передал своему хозяину письмо и сразу же исчез. Темный Лорд, слегка прищурившись, проследил за путешествием конверта, который уже кем-то был вскрыт, из рук эльфа в карман мантии Данталиана. Единственное, что он успел заметить еще - две заглавные буквы "VL" - даже слишком знакомые инициалы. Но Том не стал обращать на это внимание Лестрейнджа. Он боялся, что весточка снова была неприятной, а значит - нарушающей весь этот разговор. У Тома и Данталиана были дела и поважнее. Но на следующую фразу друга Риддл отреагировал отказом. Он был уверен в том, что сейчас Данталиан вряд ли сможет хорошо разобраться с хитрым построением катакомб церкви: да и утро гораздо мудренее подобного вечера.
- Лучше тебе ознакомиться с ней завтра,  - сказал Темный Лорд. - На сегодня и так слишком много забот, - и, моментальная реакция внешнего мира на это высказывание - в новом появлении эльфа. Том глянул в сторону зала: через витражную дверь было видно, как маги в недоумении вертятся, сбрасывая с себя оцепенение, и приходят в состояние какой-то необоснованной паники. Замечательно. Будто бы их в аврорат забрали с праздника жизни. Разворот. И, если посмотреть во двор, то можно лицезреть картину маслом: Вивьен Лестрейндж в руках аврора. Юной, глупой девочки. Эти девицы явно нашли друг друга. Хлопок аппарации. И тишина. Риддл тяжело вздохнул. - Ее палочка чиста? - конечно, Данталиан должен был это предусмотреть. Но мало ли что.

*Айрис Мердок. Честный проигрыш

+1

52

Allegonda Skamander
Кажется, я пропустила чрезвычайно много интересного. Я заметила как Данталиан напрягся, стоило ему прочитать записку от эльфа, и как еще больше, когда к нему подошла супруга. Странно, но, по правилам, она должна была встречать гостей с ним, с самого начала, а не так. Но, я не стала думать об этом - сами разберутся, кто что кому должен. Лестрейндж увел Вивьен на танец, и я, казалось, следила за бесконечными турами вальса. Меня никто не приглашал, но я и не хотела танцевать. Шампанское хорошо ударила мне в голову, поэтому я бы не рискнула согласиться на ангажирование - мало ли, отдавлю кавалеру все ноги.
Я так и стояла, потягивая сладковатый напиток, отвлекаясь на знакомых, которые просто подходили поздороваться или переброситься парой фраз. Мне было откровенно скучно, но я не могла уйти. Поэтому приходилось просто наблюдать за меняющимися лицами и обстоятельствами. Я думала, что на этом вечер так и не появится ничего интересного, но...
В какой-то момент по залу пронесся слух, будто бы Вивьен ограбила банк. Я несколько опешила от смелости того сплетника, что так остер на язык. Удивительно. Но потом оказалось, что это не просто слух. Когда молоденькая аврор вскочила и пробежалась по нескольким столам, а потом скрутила Лестрейндж руки и повела прочь из зала, меня как будто бы окатили ледяной водой. Да и всех присутствующих. Даже ледяная миссис Блэк запаниковала. Я понимала, что домовые эльфы должны предупредить Данталиана о таком повороте событий, но он, кажется, ушел с Темным Лордом надолго, завтрашнее дело никому не давало покоя. Я видела как они уходили на балкон и пошла следом, пробираясь сквозь шумящую и негодующую толпу, я постучалась в стекло, предупреждая о своем визите, но, кажется, проще было появиться так: я попыталась переступить порог - никаких заграждающих чар не было.
- Простите, Милорд, - чуть запыхавшись произнесла я. - Но там, там забрали Вивьен, и все в панике, даже Блэки - я посмотрела на Данталиана, - Их всех надо успокоить, - я понимала, что Данталиан сам знает, что ему делать, но промолчать не могла.

0

53

Событие: преступник, посланный Забини, появляется раньше времени. Авроры арестовывают его на территории дома. Слух об этом сразу разрастается среди гостей.

0

54

- Уверен, что завтра, забот у меня меньше не станет. Как бы не прибавилось... - проводив взглядом супругу, сдерживая раздражение и желание пойти следом за ней, ответил Лестрейндж. Ничего, он еще успеет с ней поговорить и сказать все, что думает. В любом случае, ничего ей там не грозит. А так, пусть попугают... Хотя и следовало бы самому все узнать. Пока его Вивьен вновь не наломала дров.
Оказывается, он играл с этой Мун, кто кого опередил. Точнее она видимо очень желала проститься с жизнью. Именно с жизнью. Если карьерой, или памятью еще можно рискнуть, имея хоть какой то, самый ничтожный шанс на выигрыш, то риск своей жизнью ничем хорошим не закончится. Не пригласи он Вив на танец, не сознайся она в том, что совершила, если бы ее палочка все так же была со следами непростительных или открой Финелла свой очаровательный ротик в самом начале бала, то эта юная аврорша была бы уже трупом. Лестрейндж не позволил бы им уйти. Да и не стал бы даже разговаривать с этой парочкой. Одну под замок, другую в сточную канаву. Ибо только труп никому ничего не расскажет. И в этот раз, этот раунд можно назвать ничьей. Он успел, и она осталась в живых.
- Кристально чиста. - Данталиан усмехнулся и одним глотком допил оставшееся виски, после чего посмотрел на Тома. - В любом случае, за эти сутки мне нужно найти время и с ней ознакомиться. Да и предусмотреть нужно больше, чем все. Закрыться, отогнать мысли о супруге. Хоть на время. Не успеют там с ней ничего сделать. Не такой она преступник, что бы показания выбивать силой. Да и в любом случае, ее отец там не последний человек... Закрыться. Не думать. О гостях тоже. Хотя бы несколько минут...
Данталиан старательно пытался вернуться к разговору.
- Я с ним могу сходить. Ранним утром. - чуть помедлив, Лестрейндж продолжил. - Да и раньше девяти, мне что в банке, что в министерстве делать нечего. Но все же, настаивать на своем, по крайней мере в этом вопросе Данталиан не станет. И сам никуда не сунется. Во всяком случае сейчас, когда ему вновь придется общаться с гостями. Вот почему бы просто взять и не сбежать? Пусть все в тот же аврорат... Оставив все, хотя бы на сестру, которая, за этот вечер, на глаза бы хоть показалась... И почему с этими женщинами так сложно? Вопрос, который так и не выходит из головы... И все же по большей степени из-за супруги. Они в корне не понимают друг друга, и это не дает спать спокойно. За что ему так повезло?
- Я уже знаю об этом. - устало вздохнул Данталиан, смотря на девушку. - Спасибо за беспокойство. - Лестрейндж улыбнулся ей и извиняющееся посмотрев на Лорда, мол, ничего не могу поделать, и не имея больше возможности оттягивать, направился зал. Атмосфера там действительно была не из приятных. Он понимал, что от его слов зависит как минимум спокойный сон пришедших, но печалило лишь одно, что он точно не сможет спокойно спать. Этой ночью. Но в любом случае, прежде всего, нужно всех успокоить и проследить за тем, что бы гости добрались до дома и вернуть защиту замка на прежнее место. Все так же, оставить доступ в замок только для узкого круга лиц, имеющих право появляться тут в любое время суток. Остальные... остальные же только по личному приглашению и договоренности.
Проходя мимо взбудораженных гостей, Данталиан выглядел сосредоточенным и в какой то мере задумчивым. В самом деле, куда уж тут веселиться. Множество глаз были устремлены на него. И вновь все взгляды, эмоции в них перемешались - испуг, насмешка, непонимание, превосходство... Сотни не заданных вопросов витало в воздухе, или тихо обсуждались в своем кругу... Данталиан мысленно выругался. И все же делать устное заявление ему совершенно не хотелось. В конце концов, он и сам не знает что произошло и не слышал речь этой аврорши. Что там, Аллегонда говорила про Блэков? В панике? Вот с ними он наверное и хочет переговорить с первыми. В связи с этим абсурдом, они пострадали больше всех. Ну если не считать его самого и его супругу. Которой и следует сказать спасибо.
- Вальбурга, Орион, - Данталиан, их так и не по приветствовал за этот вечер. - Не смотря на все обстоятельства, я рад видеть вас. - Лестрейндж коснулся губами руки Вальбурги. Обменялся рукопожатием с Орионом. - Уверен, что в скором времени, весь этот абсурд прояснится.
А затем, вновь послышался шум. На этот раз с улицы.
- Прошу простить меня. - Не имея желания вновь пропустить шоу, Лестрейндж быстрым шагом направился во двор. К слову, не один он. Любопытных хватало. И вновь представители аврората были причиной этого шума. Цирк, да и только! Еще до прихода Лестрейнджа, они схватили какого-то мага и фактически без объяснений увели его из поместья. Ну как без объяснений, Данталиан слышал их разговор. А ему сказали не беспокоиться, что преступник пойман... и еще что-то, чтобы успокоить. Да и не только ему. И все же этот вариант ему понравился больше, чем первый. Пойман настоящий преступник. По идее можно вздохнуть спокойно, его Вивьен в этом случае ничего не угрожает, но только он знает правду, и соответственно вопросов стало гораздо больше...
Возвращаться в дом Данталиан не спешил, пусть сплетничают, ему это не интересно и спустившись с крыльца, Лестрейндж задумчиво закурил.

+3

55

Событие: гости начинают расходиться. В доме остаются только Темный Лорд и Данталиан Лестрейндж.

0

56

------------ Св. Мунго. ---------------
После того, как Азазелю пришла записка, он уже не имел веских причин удерживать меня в больнице. Конечно, я этим воспользовалась. Я устала, мне хотелось домой, и, более того, мне было необходимо домой, чтобы не получить еще один вагончик проблем. Возможно, я не очень хорошо владею даром убеждения, но моих талантов хватило, чтобы заставить Забини открыть дверь своего кабинета и отпустить меня на все четыре стороны. А то - заботится он. Сначала довел до очередного нервного срыва, а потом утверждал, что не нужна никому. А что для меня может быть больнее?
Я вышла из больницы полностью разбитая этим оглушающим заявлением. Едкие слова крутились у меня в голове, как заевшая пластинка. Я очень надеялась, что гости уже ушли: для них слишком много событий за один бал, а для меня - слишком много торжествующих лиц. Слишком, потому что около половины приглашенных были действительно рады моему путешествию в Аврорат. Дойдя до барьера, я все-таки воспользовалась порталом. Сил для аппарации было не так много, а мне не очень хотелось появится дома, например, без ноги или без руки - не самый лучший конец дня, не находите? Я произнесла пароль, поднеся портал к губам, и почувствовала отвратительно знакомый рывок внизу живота. Пространство больницы, словно картинка в калейдоскопе, смазалась, превращаясь медленно, но верно, в родные пенаты.
--------- Лестрейндж-холл ----------

Так Поликсена, узрев ахейца
Ахнула — и -

Я несколько секунд стояла, недвижимая с места - голова жутко кружилась, порталы, все же, не мой любимый способ перемещения. Передо мной открылись кованные ворота, но только я хотела войти - как навстречу я увидела шествующих представителей аврората. Они вели под настоящим конвоем того самого настоящего преступника. Теперь я действительно верила в это: никаких воспоминаний, связанных с собственной инициативой этого ограбления в моей голове уже не было и больше не будет. Один из Авроров остановился рядом со мной, принося свои извинения, рапортуя о том, что завтра же в газете они накропают обеляющую меня статью, а на счет в банке перечислят солидную сумму, в качестве компенсации морального ущерба. Так-то лучше. Я дождалась, пока они исчезнут из моего поля зрения и вошла внутрь, слушая скрежет закрывающихся за мной ворот. Тяжело вздохнув, я не быстрым шагом направилась под дорожке к дому, искренне молясь никого не встретить, и спокойно вернуться к себе, запереться в комнате и ни на что не реагировать. Но, видимо, моим желаниям не суждено было сбыться. У крыльца стоял мой муж, а значит сейчас мне не избежать еще одного разговора. Мало того, что меня и так гложет жуткое чувство вины.

Знаете этот отлив атлантский
Крови от щек?
Неодолимый — прострись, пространство! -
Крови толчок.*

Но уходить некуда и некогда. А самое главное - незачем. Я ускорила шаг, услышав, как начинают покидать дом многочисленные гости. Кажется, я опять - совсем не вовремя, но все же - на крыльцо, да и вообще на улицу, никто не совался. Гостям было достаточно выйти в холл, чтобы аппарировать или использовать портал в свой дом.
Я быстро преодолела расстояние, которое разделяло меня и Данталиана, и, не дожидаясь никаких вопросов, горячо поцеловала его в губы. И не потому что такой жест может обезоружить или хотя бы смягчить его гнев. Нет, просто, знаете, что-то вроде самовнушения. Та мысль, о собственной ненужности и бесполезности, до сих пор пойманной птицей билась в моей голове. И одни единственный вопрос: почему он не пришел, чтобы забрать меня оттуда? Почему?
Я закрыла глаза, как это делают маленькие дети, ожидая строго выговора за плохое поведение, загоняя куда-то в угол огромный список собственных претензий, потому что некоторые вещи перекрывали все, заставляя меня вновь и вновь возвращаться к началу: я виновата, какими красками не крась, в какие полутона не переводи.

* М.Ц. "Ахилл на валу"

+1

57

Письмо… В том, что это почерк его супруги, сомнений никаких не было. Как и в том, что писала она. Перечитав несколько раз послание, и вновь закурив, Лестрейндж уничтожил этот листок бумаги. Наблюдая, как буквы исчезают в пламени. Как просто. И как сложно.
Я качусь в какую-то пропасть, с отчаянием думал Данталиан, рассеянно закуривая еще одну сигарету. Каждый час, каждую минуту все становится только хуже, хотя, казалось бы… куда дальше? Почему раньше всегда хотел найти выход, более того – в глубине души всегда знал, что он есть, он рядом, нужно просто не бояться и протянуть руку… А сейчас… Сейчас, кроме как – напиться, ничего больше придумать не получается…
Данталиан прикрыл глаза, вспомнив, как однажды мать сказала ему, что, если ему так хочется видеть вокруг себя людей, идеально похожих на него самого, ему стоит окружить себя зеркалами. Жестоко, но правда. Вивьен была такой, какой она была… и, возможно, именно это и притягивало к ней настолько сильно. Притягивало так, что любое раздражение могло схлынуть, смываясь волной, стоило только увидеть ее точеный профиль. Увидеть, как она поворачивается навстречу, как на ее лице вспыхивает озорная, непокорная улыбка – и тут же хочется забыть обо всем на свете, лишь бы это никогда не закончилось…
Гордая и самоуверенная. Идеалистка, считающая смерть за свою идею - высшей наградой. Не она одна. Именно такие, чаще всего попадаются ему на пути. Идиотов хватает. Зачем? Можно ведь сделать тоже самое, не жертвуя собой. Так зачем? Вопрос, часто приходивший в голову адвоката. Но пару лет назад он поклялся больше не задаваться этим вопросом. Бессмысленно. Лишняя трата времени. Драгоценного времени. Универсальный ответ - неважно.

Отголоски разговора у главных ворот. Вернулась. А ведь не будь этого письма, он отправился бы за ней. И даже успел бы… Запоздалая мысль не нашла отклика и тихо испарилась. Данталиан заметил супругу еще вдалеке, впрочем, как и она его. Уйти. Не видеть и не разговаривать. Послать все в сторону Аваллона и пусть оно горит синим пламенем… Но уже поздно. Вивьен, моя глупышка.... Данталиан зачарованно смотрел на нее, не замечая ничего вокруг. Никаких слов. Спасибо… Лестрейндж крепко прижал ее к себе, жарко целуя в ответ. Так, будто это первый раз. Так, словно последний. Отдавая все что было, что оставалось.
А затем, что-то вспомнив, отстранил ее от себя. Оттепель в отношениях? Возможность их весны? Нет, показалось. Данталиан провел тыльной стороной пальцев по щеке девушки, едва касаясь ее кожи.
- Жди меня в комнате, Вивьен Розье. - жесткий, безапелляционный тон. Холодное равнодушие в глазах и в голосе. Пустота. Лишь строки ее письма всплывают в памяти. Коснуться рукой подбородка юной красавицы, приподнимая голову вверх, чтобы было видно лицо. Чтобы она смотрела на него. – Я буду жаден до твоего внимания. - тихий ровный голос, легкая ухмылка. Никаких лишних эмоций. Насмешливый, холодный взгляд и маска безразличного чувства превосходства. Легкий холодный укол, будто призрак через тебя проходит. Без этого - никак. А затем пройти мимо супруги, мягко ступая по каменному полу, едва касаясь его полами плаща. Вновь и вновь накручивая себя. Вновь прокручивая ее письмо.. другому. Вновь, желание напиться и никогда больше ее не видеть. И опять уговоры держать себя в руках и не сорваться. Данталиан... хватит. Щелчок.
Зала почти опустела. Большинство приглашенных уже аппарировали не дождавшись хозяина бала. Что несказанно радовало, лишь тишина резала слух. Музыканты так же собирались, но Лестрейндж остановил их, попросив сыграть еще одну композицию, а точнее повторить первую. Ту, с которой начался этот вечер. А вдруг все изменится? Пойдет по другому сценарию?

+2

58

Сжала руки под тёмной вуалью...
"Отчего ты сегодня бледна?"
- Оттого, что я терпкой печалью
Напоила его допьяна.
Как забуду? Он вышел, шатаясь,
Искривился мучительно рот...
Я сбежала, перил не касаясь,
Я бежала за ним до ворот.
Задыхаясь, я крикнула: "Шутка
Всё, что было. Уйдешь, я умру."
Улыбнулся спокойно и жутко
И сказал мне: "Не стой на ветру".*

 
Вот я, перед тобой, как на ладони, ну же, посмотри на меня, я же чувствую, что ты знаешь гораздо больше, чем показываешь. Ты знаешь меня вдоль и поперек, как четырежды пересеченный перекресток, привычную мостовую, испитый колодец - дно видно, но всегда пытаешься увидеть за мной какую-то несуществующую тайну. Ты знаешь меня гораздо лучше, чем я сама, но по-прежнему не понимаешь и никогда не поймешь.
Я ни на секунду не верю в это объятие, в этот поцелуй, хотя мне очень хочется в него верить. Но за всем этим стоит такая боль, что я не могу позволить себе думать. Тупая животная боль обиженного ребенка, погрязшего в одиночестве, выстроенном собственными ручками, как великая китайская стена. Я была прекрасным психологом для самой себя, но никогда не пыталась решить наросших и увиденных проблем, считая, что это должны делать другие, считая, что мне позволительно нарушать правила, раз уж так получилось. Я постоянно делала себе скидку, жестко спрашивая с других, но, кажется, я перебрала этот кредит доверия - пришла пора платить по счетам. Колесо Фортуны сделало оборот и я оказалась внизу, стоило понять это еще сегодня утром и не ввязываться в авантюры, но чему быть, того не миновать, не правда ли? Я не приговора жду, а суда.
Но он отстраняет меня, словно выставляя между невидимую стену. Он почти касается пальцами моего лица, но это почти - обволакивает хуже любого проклятия. От моего мужа веет холодом, я почти не чувствую его эмоций - у меня внутри образуется схожая пустота, только по краю подшитая ниткой накатывающего страха. Поверьте, это страшно - жить чужими эмоциями, еще хуже, чем чужой жизнью.
Данталиан говорит жестко, грубо и безвариантно. Розье? Слишком мало событий за сегодняшний вечер, чтобы была такая обида. Голову за подбородок вверх - в таких случаях слишком часто следующим становится - голову с плеч. Он хочет, чтобы я смотрела на него - и я смотрю. Знаю только, что в моих глазах плещется полное безразличие, единственное настоящее чувство, поразившее меня своей стрелой слишком давно и слишком намертво. Это безразличие длится ровно столько, сколько требуется моему супругу для последней фразы. Нет, нет, нет... Он произносит эти слова столь насмешливо, столь холодно, столь небрежно и медленно, переворачивая их на свой лад, что я, я даже сразу не понимаю - о чем он. И только через пару секунд меня волной накрывает губительное понимание и я задыхаюсь под этой волной, и следом это ужасное чувство, будто безвозвратно тонешь - мне это знакомо, я же никогда не умела плавать. Эта фраза, словно курок запускает во мне все остальное содержание того короткого, но такого емкого на ощущения письма. Я ведь раньше никогда не писала писем, никогда не изменяла себе, предпочитая говорить лично, а не доверять бумаге. И этот единственный раз бумага меня подвела.
Никаких криков, угроз, зажатых запястий, никакой злости, никакой ярости, ровным счетом ничего - Данталиан просто уходит, спокойно уходит, поднимается, заходит в дом. А я стою у крыльца, мне кажется, что я уже утонула, только не в страстях, как печальная Дидона, а в бессилии, в собственном чертовом бессилии. Я молча смотрела как он уходит, понимая, что это не конец разговора, но все же. Я всегда хотела его разозлить, вывести из себя, вынуть на поверхность его истинное лицо, сдернуть любые маски, мне всегда были нужны его ярость и раздражение, но не боль. Я не хотела причинять ему боли, потому что это он, единственный, кто ее не заслужил. Господи, Господи! Ему же не должно было попасть это письмо, он же не должен был узнать, ну почему все так, почему все так?!
Я судорожно вздрагиваю, пытаясь отогнать от себя это мучительное наваждение. Я всегда хотела видеть его как на ладони, играла, и за этой игрой сама не заметила, как мое истинное лицо оказалось на поверхности - вот, нате, смотрите, глазейте, неверная жена, попавшаяся на пошлом письме к своему больному на голову любовнику. Когда любишь - ни за что не признаешься в измене, но тот красноречивый пергамент говорил лучше любых слов. Я, конечно, могла сказать, что это подделка, что мало ли кому пришло в голову так неудачно пошутить, но.. если Дант спросит, просто спросит, с чьей помощью я так быстро покинула здание Аврората, то все снова встанет на свои места. Да и к чему эта ложь, если сейчас, по мне и так было видно, насколько все перевернула во мне эта его фраза - лучшее доказательство. Господин адвокат, я, кажется, приговорена.
Из дома доносится музыка. Первая композиция. Вальс открытий. На улице холодно, и я иду в дом. Как же, теперь мне надо ждать его в комнате. Есть, конечно, возможность уйти - но тогда больше не возвращаться. Никогда-никогда. Но это же еще хуже, чем удар под дых. Да и к этому я была готова еще хуже, чем об известии с письмом. Лучше расстрел на месте, чем вечные позорные бега. Я прошла мимо освещенной залы, не оборачиваясь, медленно поднялась на второй этаж - тяжело волоча по ступенькам длинную ткань платья. Захожу в комнату, зажигаю свет, сажусь на кровать - лицом к двери. Никогда не любила находится к опасности спиной. Хотя, сегодня в обед мне было все равно, что меня ждет? Да, но сегодня в обед я не думала, что он узнает. И сейчас максимально добиваюсь того состояния, чтобы мне стало все равно, хотя знаю, как это бессмысленно. Потому что я не хотела, я не хотела - это как случайно разбить любимую вазу - предполагал, что так будет, но понадеялся на авось, только человек - не ваза, не соберешь, не склеишь, не забудешь.

* Анна Ахматова.

Отредактировано Vivien Lestrange (2013-07-19 21:59:58)

+2

59

- Хорошо, сходишь, - соглашается Том - он не против, потому что так действительно лучше, но он еще хочет, чтобы завтра вечером все прошло как минимум гладко, чтобы те, на кого он рассчитывает, были способны держать волшебную палочку и делать свою работу. Риддл был уверен, что больше проблем не возникнет, по крайней мере с этим ограблением - куда уж больше. Если палочка Вивьен "кристально чиста", то авроры не смогут ей ничего предъявить, а сама она не сознается - будет вертеться как уж на сковородке, но никому ничего не скажет, ежели не дура. В какой-то момент с запоздалыми вестями из зала на балкон вышла Аллегодна. Том недовольно дернулся - он не любил, когда кто-то вмешивался в диалог. Тем более, что Скамандер ничего нового и дельного не сказала. Паника - этот высший свет поражал своей способностью к истерии, было бы из-за чего: неужели боятся стать следующими? - Я за картой, - вдогонку сказал Риддл Данталиану, вглядываясь в тихий опустелый внутренний двор. Ох, и зачем этот бал, зачем это все - гораздо приятнее было бы все еще детальнее продумать в спокойной обстановке. Невыносимо.
Через некоторое время Том тоже вышел в зал, по-прежнему успешно избегая представителей элиты. Сейчас они были ему не нужны, как и он им. Сплетен хватало. Впрочем, Риддл не зря вернулся - одна из новых обсуждаемых тем - новый, "настоящий" преступник. Эта новость моментально позволила испариться половине зала с помощью аппарации. Как невежливо по отношению к хозяину, но гораздо облегчает пространство. Еще часть присутствующих исчезла после недолго разговора с сочувствующими - как раз все паникующие и призванные в свидетели. А потом последние - запечатлев хозяина у входа - тоже аппарировали. Том, вспомнив о желаемом, призвал к себе карту, которая моментально появилась в его руке.
Лестрейндж вернулся в залу и попросил расходящихся музыкантов повторить вальс. Что-то не то. Что случилось за последние пять минут? Но, это что-то только что прошло мимо открытых дверей залы - медленно проплыло с непроницаемым выражением лица. Вивьен вернулась. Но - это же хорошо? Конечно, один вопрос - кто послал настоящего преступника? Очевидно, не Данталиан. А значит, об ограблении знал кто-то еще, что - плохо. Лишний рычаг давления. Но даже для таких мыслей Лестрейндж слишком.. растерян что ли. Том быстрым шагом направился к нему вместе с картой. Все-таки - это главное.
- Вот, - протянул он ее Данталиану. - Все в порядке? - банальный вопрос - захочет ответит, не захочет - не ответит, но по этому можно будет хотя бы определить степень произошедшего. То что с его женой все нормально - не требовало подтверждения, но что она еще успела сделать сейчас, чтобы ввести в Лестрейнджа в такое ненормальное состояние? Невозмутимого Лестрейнджа, который на многие вещи смотрел сквозь пальцы, хотя в такой вечер любая мелочь могла стать последней каплей. Слишком много людей, слишком много проблем с репутацией, слишком много лишних людей и лишних проблем - вот так гораздо точнее.

+1

60

В твоей постели тепло, но холод рвётся в дома.
Мне так хотелось бы знать, о том что скоро весна,
Но за дверями морозы, там кончается век
И в сапогах реализма я топчу грязный снег...*

Данталиан стоял около окна, заложив руки в карманы брюк. По тому, как он едва заметно раскачивался с пятки на носок, было видно, как он напряжен и сосредоточен и… растерян. И еще – насколько он зол, хотя и пытается это скрыть. Весь вечер только этим и занимается… Точнее, последние несколько лет. Но сегодня это у него получается просто отвратительно, что так же приводило в неописуемое бешенство.
Его взгляд был прикован к большому дереву, к тени, которую оно отбрасывает на землю, на дорожки, клумбы, кустарник…  Как тень от ветвей тянется куда-то в ночь, в темноту... Вот так и я, отстранено подумал он. Все тянусь куда-то, тянусь… только солнца для меня, похоже, не предусмотрено. Так и буду… рваться непонятно к чему, все дальше погружаясь во мрак. Пока не порвусь на кусочки…Пока не утону в этом чертовом непонимании.
Данталиан вздохнул и, отвернувшись от окна, устало запрокинул голову, прислоняясь затылком к стене. Это невыносимо, в очередной раз подумал он.
Он никак не мог понять, в чем он опять ошибся. И где он повернул не туда? Что еще она от него хочет? Чего добивается этим своим поведением? Неужели ей так необходимо трепать ему нервы… и… наверное, самое главное, когда это прекратится? Когда она поймет, что игрушки уже давно закончились? Война на дворе, а она, как маленькая, ищет, куда бы вляпаться… Будто заняться нечем! Когда, дементор ее дери, у нее закончатся эти припадки юношеского максимализма? И когда она начнет думать не только о себе? И за что, вообще, ему такое счастье досталось? Да и что с ним делать, тоже было совершенно не понятно. С самого начала же было ясно, что… что этот брак был лишь сотрудничеством. Что и она тоже, получила то, к чему стремилась…  Да и по большому счету, больше от нее ничего не требуется… Только думать. Хоть иногда. Так зачем все усложнять? Зачем делать его жизнь невыносимой?
Вивьен…Вивьен...
Она прошла мимо и ничего не сказала. Не посмотрела. Не подошла. Решила изобразить «покорность»? Не то время, не то время… Она ей не к лицу. Так остро чувствует свою вину? Опять ложь… Ей всегда было плевать на всех, кроме нее. Она всегда делает так, как ей удобно, не оглядываясь ни на кого, не считаясь с другими...

…Долго еще до дома – сквозь темноту кордона, мимо кричащих окон по тишине упругой. Рвутся тугие нервы, годы и километры, крепко сжимают пальцы окоченевший воздух…

Проводив ее тяжелым взглядом, Лестрейндж, и, никого больше не замечая, он вновь повернулся к окну. Ее утренняя выходка… прилюдное обвинение, которое, по большому счету, являлось лишь спектаклем, режиссером которого являлась не опытная аврорша, "великие дела" не так делаются. А затем «настоящий» преступник, который напрочь спутал все карты… И кого поблагодарить за эту глупость? Кто этот «гений»? Не будь этой выходки, Данталиан Лестрейндж сумел бы, опять, убедить всех, что в Грингротсе и аврорате находятся лишь идиоты и паникеры. Раздуют ведь непонятно что… И вообще, ну как можно ограбить собственный сейф? И как можно в это поверить?! Абсурд же! А дальше…. Это дурацкое письмо… строки из которого опять всплыли в памяти, и его вновь накрыла волна раздражения, срубающая на корню разумные мысли.
Вивьен, Вивьен…
Он обещал прийти к ней, но сейчас совершенно не хотелось ее видеть. Ему надоело это равнодушие в ее глазах. Он буквально несколько минут назад, чуть не утонул в ее полном безразличии… И это повторяется все чаще и чаще… такое ощущение, что падаешь в пропасть, пустота которая бьет по чище круцио. И ведь это то, что ты, Данталиан, заслужил. Это то, от чего ты не смог спасти ее. Единственное, что дал ей. – Совершенно абсурдная мысль! Совершенно…
- Все в порядке? – знакомый голос, выводящий из оцепенения, задумчивости… Данталиану даже показалось, что там он услышал нотки... сочувствия? Но после чего, мысленно, отвесил себе несколько подзатыльников… Какие только глупости не лезут в голову... И когда он подойти то успел? Лестрейндж прикрыл глаза, призывая все то, что осталось, что бы взять себя в руки, борясь с отчаянным желанием залепить себе пощечину, чтобы быстрее вернуться в реальный мир. И усиленно отгоняя от себя уже даже не мысли, а нарастающее желание о том, что все же стоит напиться… и забыть. Все. Хотя бы на время.
- Все в порядке. – Скорее по привычке, и почти уверенным голосом, ответил Лестрейндж, по сути, даже не вникая в суть вопроса. И, ох как же ему хотелось, чтобы это было на самом деле. Что бы и правда было все в порядке, и не было желания свернуть супруге шею. И любовнику ее. И вообще всему миру, который не дает ему жить так, как он хочет. Ну, или… миру можно и просто за компанию.
Взяв карту, Данталиан несколько мгновений соображал, что это, и почему важно именно сейчас, а когда осознал, с благодарностью посмотрел на Тома. И ему было плевать, что о нем подумают и какие сделают выводы. Сейчас это было абсолютно не важно. Волновало лишь то, что это поможет ему отвлечься и оттянуть время.
В глубине души Данталиан понимал – мучительно краснея перед самим собой – это трусость. Это просто очередная попытка бегства от того, что ему в любом случае предстоит сделать. Или от кого… Той, кто будоражит в нем нечто, вышибающее все надежды на возможный покой и спокойные вечера, дни и все прочее. 
Отойдя к ближайшему столу, и развернув карту, Лестрейндж некоторое время внимательно рассматривал его, а спустя некоторое время, он вновь поймал себя на мысли, что ни черта там не видит и вновь ушел куда-то в себя.
- Убью ее... Когда-нибудь точно... – то ли это такая отчетливая мысль, то ли еле-еле слышный шепот...
А затем уже вполне адекватное обращение к Тому.
- Ты был прав. Жуткие катакомбы. И не зная ничего о них, соваться туда не имеет смысла. Блуждать всю жизнь можно… – И вообще, было такое ощущение, что ее рисовали, скорее всего, от руки, и чуть ли не больше ста лет назад… Если входы еще и можно было разобрать, то дальнейший путь отслеживался с трудом. А пометки на полях, без опытного криптографа можно расшифровывать вечность...

*Адаптация - Ноябрь в окно

Отредактировано Dantalian Lestrange (2013-07-23 01:47:59)

+1


Вы здесь » HP: Non serviam » Auri sacra fames » [Вечер встреч - 20.00-23.00, 21.09]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC